Морис проснулся от запаха дыма.
Не того, что идёт от печи, когда сосед растапливает её поутру. Не того, что тянется из трубы, когда ветер дует в другую сторону. Другого. Густого, едкого, настоящего. Запаха горящего дерева, горящей ткани, горящей краски, горящих ковров, горящего всего, что может гореть в доме.
Он сел на кровати, потёр лицо. Только что было сновидение — какое-то тёплое, летнее, он стоял на берегу реки, смотрел на воду. Теперь — темнота, комнату едва освещала луна, пробивавшаяся сквозь щели в ставнях.
За окном кричали люди. Где-то далеко, на другой улице, слышался звон колоколов — тревожный, частый, отчаянный. Пожарный колокол. В Эдэме его не слышали уже много лет — нечему было гореть. Но сегодня горело.
Морис вскочил, накинул штаны, рубаху, сапоги, схватил с пояса нож. Не потому, что думал драться — на всякий случай. Топор Джека был лучше, но нож тоже пригодится.
Выбежал на крыльцо.
Небо на востоке было оранжевым. Не рассвет — огонь. Огромный столб пламени поднимался над крышами домов, закрывая звёзды. Искры летели высоко, разносились ветром. Дым застилал улицы, заставлял кашлять, щипал глаза.
На Рыбной улице уже стояли люди. Кто в исподнем, кто накинув плащ, кто босиком. Женщины держали на руках детей, старики крестились, мужчины хватали вёдра.
— Где? — крикнул Морис.
— Особняк на окраине! — ответил кто-то из толпы. — Тот, что за старой часовней!
— Большой?
— Огромный!
Морис побежал. По дороге к нему присоединились другие. Вот мелькнула рыжая голова Элис — она жила ближе к конторе, но тоже выбралась.
— Морис! — крикнула она, тяжело дыша.
— Я здесь!
— Что горит?
— Особняк!
— Чей?
— Не знаю!
Джек догнал их у старого колодца. Он был в одних штанах, с одним топором — видно, хватал что под руку.
— Куда? — спросил он.
— За мной!
Дом оказался на окраине, на холме, окружённый садом. Морис знал это место — когда-то здесь жила богатая семья. Особняк был двухэтажным, с колоннами, с балконом, с флигелями. Сейчас он горел. Весь.
Пламя вырывалось из окон первого и второго этажей, ползло по крыше, лизало стены, пожирало резные наличники. Стеклопламя брызгало, дым клубился, искры летели в небо.
Люди сбежались со всей округи. Мужчины с вёдрами выстроились в цепочку от колодца до дома — передавали воду, но её было слишком мало. Женщины выносили из соседних домов всё, что могли унести, боялись, что огонь перекинется.
— Где хозяева? — крикнул капитан стражи Лукиан, седой, с красными от дыма глазами.
— Не знаю! — ответили из толпы.
— Слуги?
— Тоже!
— Есть кто внутри?