Проклятие Золотого Астероида.
Или история о том, как одна очень плохая сделка едва не уничтожила семь галактик
ПРОЛОГ. ХОРОШИЕ ДНИ ДЛЯТСЯ НЕДОЛГО
Прошло шесть месяцев после того, как команда «Весёлой Устрицы» спасла семь галактик от безумного генерала Мракса, помогла принцу Ворксу стать королём и получила в награду новый двигатель, который не взрывался при каждой перегрузке.
Шесть месяцев спокойной жизни.
Шесть месяцев обычных грузоперевозок: удобрения на Марс, стройматериалы на Венеру, партия редких минералов с астероида Пояс-9 на космическую верфь «Титан».
Добряк даже начал привыкать к мысли, что его жизнь наладилась.
— Капитан, — сказала Веточка, не отрываясь от навигационных экранов. — У меня странные показания.
— Насколько странные? — спросил Добряк, отхлёбывая кофе из кружки с надписью «Лучший капитан галактики» (подарок Мохнатого, который кот украл где-то на космической станции).
— Настолько, что наш груз исчезает.
— Как исчезает? — Костыль высунул голову из инженерного люка. — Груз не может исчезать. Это тебе не носки в стиральной машине.
— Груз не исчезает, — раздался голос Мохнатого. Кот сидел на пульте и вылизывал лапу с видом абсолютного превосходства. — Груз перемещается в параллельное измерение. Я чувствую.
— Ты не можешь «чувствовать» параллельные измерения, — возразила Веточка.
— Я кот, — ответил Мохнатый. — Я могу всё. Вопрос в том, хочу ли я.
Добряк поставил кружку и встал.
— Покажи, что с грузом.
Веточка вывела на главный экран трёхмерную схему корабля. В трюме номер два, где лежали пять тонн редкоземельного иридия, появилась чёрная зона. Датчики показывали, что пространство внутри трюма искривлено.
— Это не параллельное измерение, — сказал Костыль, подходя ближе. — Это червоточина. Микроскопическая. Прямо в нашем трюме.
— Червоточины не открываются сами по себе, — сказала Веточка.
— Значит, кто-то их открыл, — мрачно заключил Добряк.
В этот момент корабль тряхнуло.
Не слабо, как при попадании метеорита. А сильно. Очень сильно.
«Весёлая Устрица» завалилась на левый борт. Системы жизнеобеспечения моргнули и перешли на резерв. Гравитация отключилась на три секунды, и Мохнатый, который как раз спрыгивал с пульта, грациозно (как ему казалось) полетел к потолку.
— Я ЛЕТАЮ! — заорал кот, цепляясь когтями за вентиляционную решётку.
— Ты падаешь вверх! — крикнул Костыль, хватаясь за поручень.
Гравитация вернулась. Мохнатый шлёпнулся на пол.
— Больно, — констатировал он. — Кто это сделал, я того поцарапаю.
Добряк бросился к капитанскому креслу.
— Веточка, что это было?
— Не знаю, — ответила она. — Датчики показывают гравитационную аномалию прямо по курсу. Огромную. Размером с небольшую планету.
