ГЛАВА 1.
Остров Хелинд – зелёное сердце
Если смотреть на Саримайз с высоты, под купал с которой уже не различить волн и облаков, то пять островов кажутся осколками разбитой тарелки, брошенной в бескрайний океан. Но среди них один выделяется сразу. Он словно проглотил своих соседей и не подавился.
Хелинд.
Самый большой остров из пяти. Самый старый. Самый живучий.
Чтобы понять его размеры, достаточно сказать одно: Хелинд в десять раз превышает размеры Сечера — того самого богатого острова с его бесконечными шахтами центита, того самого, который считает себя пупом земли. Если поставить Сечер рядом с Хелиндом, он покажется не более чем галькой у подножия валуна. Десять раз. Это не просто цифра. Это означает, что от южных пастбищ Хелинда до северных лесов всаднику нужно скакать без остановки почти две недели. Это означает, что на Хелинде проживает больше людей, чем на всех остальных четырёх островах вместе взятых. И это означает, что если Хелинд перестанет поставлять зерно и скот, остальные острова начнут голодать через месяц.
Хелинд — житница. Кормилец. Зелёное сердце Саримайза.
Климат здесь мягкий, но обманчивый. С океана постоянно тянутся тяжёлые, влажные туманы, они оседают на полях росой, а потом собираются в облака и проливаются дождями. Дожди на Хелинде — это не просто погода, это образ жизни. Местные крестьяне шутят, что у них два сезона: мокрый и очень мокрый. Но именно эти дожди, вместе с вулканическим пеплом древних извержений, сделали почву Хелинда чёрной, жирной, плодородной до неприличия. Здесь пшеница растёт почти сама собой — брось зерно в землю, через полгода собирай колос, в котором зёрен больше, чем у тебя пальцев на руках и ногах.
Южная часть острова — это бескрайние равнины, разделённые невысокими холмами. Там пасутся стада коров и овец, такие огромные, что их владельцы сами не знают точного поголовья. Центральная часть — царство полей: пшеница, ячмень, овёс, репа, бобы. Между полями — небольшие рощи, живые изгороди, усадьбы зажиточных фермеров. Север Хелинда — леса. Глухие, древние, полные дичи и опасных зверей. Леса, в которых, как шепчут старики, до сих пор живут вещи, оставшиеся от Старого мира — того, что был до того, как люди научились строить города.
И посреди всего этого, на высоком холме у слияния двух рек, стоит замок лорда Эртона. Не крепость, нет. Замок. С башнями, с зубчатыми стенами, с главным залом, в котором может поместиться всё население иного села. Эртон — не король. На пяти островах давно нет королей. Но он — самый богатый человек на Хелинде, а значит, и на всём Саримайзе. Ему принадлежат не просто земли — ему принадлежат налоги, дороги, рынки, мельницы. Если ты ешь хлеб на Хелинде, то этот хлеб уже оплатил долю лорду Эртону.
