* * *
– АГЛАЯ —
Булочки с вишней – это прекрасно. В теории.
На практике же моя кухня напоминала поле боя после применения тяжелой артиллерии, а от противного сладковатого запаха гари хотелось сдаться врагу на милость.
– Аглая, – раздался с порога недовольный голос, от которого у меня задёргался глаз. – Ты бы прекратила страдать фигнёй и мы бы отправились в милое заведение тётушки Марии, где подают такую вкусную треску в сливочном соусе, да с печёной помидоркой. А я так люблю помидоры и треску…
Рыжий кот Феня сидел на пороге кухни с видом несчастного котэ, которого жизнь изрядно потрепала, но не сломила окончательно.
Пушистый хвост был обёрнут вокруг лап, усы топорщились, а в ярко голубых глазах застыла такая степень укоризны, что мне стало почти стыдно.
Почти.
– А ты бы в кафе булочек наелась, раз так страдаешь по ним, что сжигаешь уже третью партию, – продолжил он, лениво оглядывая погром на кухне. – Честное слово, в доме от гари уже дышать нечем. У меня шерсть воняет дымом и кремированным тестом. Совесть есть?
– Феня, отвали! – я уставилась на противень, где еще минуту назад красовались аккуратные булочки (ну, почти аккуратные).
Теперь там дымилось нечто угольно-чёрное.
– Я дала себе слово научиться печь булочки с вишней!
– Скорее булочки с вишней вырастут на самой вишне, чем ты их научишься печь. – Проворчал кот и демонстративно чихнул.
Я осмотрела дело рук своих.
Вернее, рук своих, ног своих, пары заклинаний, которые должны были всего лишь поддерживать ровную температуру, и дурацкого настроения, с которым я вообще решила сегодня что-то готовить.
А ведь час назад я была полна энтузиазма.
Совет: ничего не готовьте в плохом настроении!
Я, Аглая Заречная, потомственная ведьма, хотела покорить кулинарные вершины!
Бабушка пекла так, что соседи приходили на запах, а я…
Я с отвращением швырнула полотенце и фартук в корзину с обгоревшими остатками.
– Ладно, убедил. – Я выдохнула, чувствуя, как напряжение стекает с плеч. – Идём, позавтракаем, заодно и пообедаем, а то время уже…
– Наконец-то! – Феня радостно потряс лапами. – Вспомнила, что меня кормить нужно!
– Мог бы и мышей наловить, – заметила я.
Феня скривился так, словно я предложила ему закусить крысиным ядом.
Его хвост дёрнулся, шерсть на загривке встала дыбом, и он выдал тираду, от которой даже у меня, привыкшей к его выходкам, зачесалось в ушах:
– Мышей? Ты предлагаешь мне, фамильяру древнего рода Заречных, носителю искры Хаоса в крови, спуститься до уровня обычного полудохлого кота из подворотни? Я, может быть, единственный в своем роде! Я, к твоему сведению, элита! А ты мне мышей? Да я скорее съем твои горелые булки, чем буду бегать по подвалам ради какого-то паршивого грызуна! Фу, Аглая! Фу и ещё раз фу!
