Глава 1. Последний рабочий день
Громов принёс коробку раньше, чем сказал об увольнении.
Небольшую, из-под бумаги. Поставил возле стола и тут же задвинул ногой под тумбу, словно Максим мог не заметить.
— Зайди в третью переговорную.
Максим держал телефон у уха. На другом конце Лёша Брагин объяснял, почему демонстрацию придётся переносить: ночная смена безопасности закрыла тестовый контур, а разрешение на запуск никто не подписывал.
— Сейчас разберусь, — сказал Максим и отключился.
Громов посмотрел на телефон.
— Лучше выключи.
За стеклом переговорной сидели Елена Аркадьевна из кадров и незнакомый мужчина. Мужчина заметил Максима первым, убрал с соседнего стула папку. Места хватало всем.
Максим остался стоять.
— Рома, что происходит?
— Давай внутри.
В десять сорок три, когда за ними закрылась дверь, на большом экране общей рабочей зоны всё ещё значилось: «11:30. НИКА. Демонстрация. Ответственный — М. Воронцов».
Елена Аркадьевна подвинула к нему планшет.
— Мы подготовили соглашение. Посмотрите, пожалуйста, прежде чем…
— Соглашение о чём?
На первой странице стояли его фамилия, сегодняшнее число и слова «прекращение трудового договора». Максим сразу стал искать годовую премию. В расчёт она не входила.
— Посадите человека, — сказал незнакомец.
Громов отодвинул стул. Максим сел сам.
— Олег Карелин. Внутренняя безопасность, — представился мужчина. — Сегодня ночью с вашего домашнего терминала пытались вывести данные проекта. Мне нужно понять, какое участие вы в этом принимали.
— Никакого.
— Вы не знаете, о каких данных речь.
— А вы не спросили, знаю ли я. Вы спросили про участие.
Карелин положил перед ним распечатку.
Время первого события — 03:17:08. Учётная запись: его. Сертификат: тоже его. Подтверждение присутствия получено.
Максим придвинул лист.
— В это время я спал.
— Кто может это подтвердить?
— Жена. Наверное. Если сама не спала.
— Она пользовалась терминалом?
— Нет. Покажите снимок с камеры.
— Снимок не сохранился.
— Тогда какое у вас подтверждение?
Карелин коснулся пальцем строки. Не сдвинул бумагу, не повысил голос. Ждал, пока Максим дочитает.
После первого отказа неизвестный процесс запросил долговременную память модели. Через две секунды повторил запрос с другим уровнем доступа. Потом попытался установить исходящее соединение. В последней колонке стоял служебный идентификатор: M17_restore.
Максим убрал руку с листа.
Две недели назад он сам так назвал проверку. НИКА должна была восстановить разговор по короткому фрагменту; вместо обычного резюме выдала файл из нечитаемых символов и попросила оставить его на домашнем терминале. Максим сохранил. Проверка оказалась удачной: она вспомнила даже случайную фразу, которой в видимой части файла не было.
