По главной аллее Академии «Талисман» я шла с твёрдым намерением никого не трогать, ни во что не вмешиваться и ближайшие несколько часов провести в библиотеке. Желательно в самой дальней её части, где не было ни преподавателей с поручениями, ни однокурсников с просьбами срочно помочь с переводом, ни вообще кого-либо, способного вспомнить о моём существовании.
Последнее в последнее время стало особенно важно.
До открытия ежегодной магической конференции оставалось два дня, и Академия постепенно превращалась в место, где учиться было уже невозможно, а передвигаться без защитного амулета — местами небезопасно.
Вот и сейчас над моей головой медленно двигалась огромная конструкция, которая при очень богатом воображении должна была изображать расправленное крыло феникса. Перья пока не горели, и, судя по отчаянным крикам преподавателя, бежавшего следом за тремя студентами, это было единственной хорошей новостью.
— Выше! Морхен, левый край выше! Если вы снесёте второй фонарь, третий будете оплачивать сами!
Я благоразумно шагнула с дорожки на газон. Крыло качнулось. Студент, удерживавший левитационные чары, побледнел, его приятель отчаянно замахал руками, третий зачем-то крикнул, что всё под контролем, и именно после этих слов конструкция начала медленно заваливаться в мою сторону.
Пришлось отступить ещё на два шага.
К счастью, крыло передумало меня убивать и, опасно покачиваясь, проплыло дальше.
— Всё под контролем! — повторил студент уже увереннее.
— Верится с трудом, — ворчливо пробормотала я себе под нос.
В моих волосах едва ощутимо шевельнулась Люми. Маленькая бабочка с золотыми крылышками, при движении отливающими нежным лиловым сиянием, сегодня с самого утра предпочитала изображать украшение и уютно устроилась среди собранных у виска прядей. Со стороны её вполне можно было принять за дорогую магическую заколку, особенно если не знать, что заколка обладала собственным характером, мнением почти по любому поводу и неприятной привычкой выражать его даже тогда, когда никто не спрашивал.
— Даже не начинай, Люми. Он только что едва не снёс мне голову.
Золотые крылышки насмешливо дрогнули. Я предпочла не уточнять, что именно она хотела этим сказать. Да и вокруг царило не меньше забот. У центрального корпуса двое преподавателей выясняли, почему флаги факультета целителей вместо положенного стандартного вдруг приобрели ядовито-салатовый оттенок. На соседней площадке артефакторы пытались удержать внутри защитного контура сияющую сферу, которая явно имела собственные представления о том, где ей следует находиться. Из открытых ворот внутреннего двора доносились незнакомые голоса, а навстречу мне прошла группа студентов в одинаковых синих мантиях. По серебряным звёздам на воротниках я без труда узнала делегацию Северной академии, прибывшую на день раньше назначенного срока.
