На глухом холме, в сумраке забытой обсерватории, Регина, прильнув к окуляру, вглядывалась в бездны космоса. Ее проводником в этот ночной час был чудом уцелевший древний четырехметровый телескоп. Хрусталь его линз, помутневший от времени, все еще являлся вратами в непостижимое.
По субботним вечерам девушка приходила сюда, чтобы до самого рассвета, с трепетным восхищением, любоваться звездным полотном, раскинувшимся над спящим миром.
В тот вечер дрожащий взор телескопа уловил на задворках Млечного Пути, одинокое шаровое скопление – призрачный сгусток света, плывущий в пустоте.
«Невероятно! – мысленно воскликнула Регина. – Все звезды такие молодые…»
Их окружала слабая, едва различимая газопылевая туманность, кокон, окутывавший несколько десятков ослепительно-голубых гигантов.
«Но как? Так далеко от всех известных областей звездообразования? Их спектр… они должны быть древними красными карликами…»
Девушка на мгновение оторвалась от холодного металла, поправила очки и дрожащей рукой занесла наблюдения в потрепанный полевой журнал.
«Эх… получить бы доступ к спектрографу в современной обсерватории…»
Она снова прильнула к инструменту. И вдруг ее лицо исказила гримаса недоумения.
