Валерий Марро
КОЛОБОК
Сценки из жизни России
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
СВЕТЛАНА
ВЛАДИМИР /ЗЮЗЯ/
ВАДИМ
НЮРКА
ОДУВАНЧИК /он же ПАРЕНЬ/
МУЖЧИНА В ЗАЛЕ / он же РЕЖИССЁР, царь ИВАН ГРОЗНЫЙ/.
ПРОЛОГ
Прозвенел третий звонок, зрители уже заполнили зал, а на ярко освещенной сцене еще вовсю кипит работа: двое парней /видимо, рабочие сцены/, негромко переговариваясь, что-то передвигают, переставляют, постукивают молотками, поправляя декорации. Торопливо пересекла сцену девушка, неся в руках кое-что из реквизита. Из-за кулис кого-то негромко окликнули, требуя изменить освещение.
В зал торопливо вносят столик, ставят на него светильник. За столик, сняв пиджак, усаживается полноватый, лысоватый, небольшого роста, мужчина лет пятидесяти. Взглянув на сцену, он тут же принимается делать пометки на листе белой бумаги. В общем, идет обычная сценическая суета перед спектаклем, характерная для любого театра, с той лишь разницей, что в данном случае все происходит на глазах у зрителей.
Примечательной особенностью данной сцены является её музыкальный фон. Это импровизация на мелодию известной песенки времён НЭПа "Купите бублики". Впечатление такое, что где-то в кабаре Одессы или Нью-Йорка скрипач как бы наигрывает всевозможные варианты пассажей в разных регистрах, темпах и ритмах, готовясь к выступлению на публике. Но вот на авансцену не спеша выходит Парень. Он остановился, бесцеремонно оглядывает зал. Занавес за ним медленно закрывается. Импровизация скрипача звучит уже приглушённо, издалека.
ПАРЕНЬ. Последнее время в нашем театре, как в доме Облонских! Одни говорят - играть сегодня нужно то, другие - играть нужно это! Третьи решили: "Литва ли, Русь ли, что гудок, что гусли: все нам равно, было б вино!" А тут ещё директор слинял… то ли в Африку, то ли в Китай. Жена, говорят, в усмерть заела: деток нечем кормить, а он ей всё про гамлетов да про офелий. Жить в такой обстановке, тем более - работать, сами понимаете, не очень-то просто. Поэтому, поразмыслив, мы решили собрать остатки разрозненных сил и подойти к делу не так, как всегда, а как бы совсем по-другому. То есть вернуться к забытой давно уже мысли гения: показывать каждому веку его неприкрашенный облик. И пошли мы на это исключительно потому, что пьесу нам помог сочинить знакомый дворник Вася Тютькин. Проблема сейчас с драмоделами: корифеи на шару писать не хотят, а молодые ещё не умеют. Это ведь знать надо, как слово за словом жизнь наизнанку вывернуть, чтоб вышло, как у Шекспира? А у Васи Тютькина с детства…пунктик такой был: все, что видел - в тетрадку тайком записывал, вместо того, чтобы алгебру с геометрией учить Вот мы и помогли ему проявиться. Насмотрелся он за жизнь… всякого - разного, да взял - в пьеску свою всё это и вставил! Совсем как Гоголь когда-то… в комедиях своих. Классик он, в общем, наш Тютькин. Гений… так мы считаем. Оригинал!
