Пролог
Артем Морозов проснулся от нежного вибрационного гула – умный будильник в «Вежде» начинал свою работу ровно за пятнадцать минут до необходимого времени подъема. Он потянулся, не открывая глаз, и нащупал на прикроватном столике гладкий корпус смартфона. Экран сам загорелся мягким светом, сканируя сетчатку глаза. Зеленый значок с галочкой – идентификация пройдена. День начался.
«Вежда». Приложение, которое знало о нем все. От первого крика в роддоме – оцифрованного и загруженного в облачное досье – до вчерашней покупки кофе за 80 «цифры» в ларьке у метро. Артем никогда не задумывался о названии. Для него и его поколения это был просто «вход». Вход в жизнь. Ключ от города, от государства, от самой возможности быть. Без «Вежды» ты – призрак. С ней – полноправный гражданин цифрового века.
Он провел пальцем по экрану, закрывая будильник. Автоматически открылась сводка. Погода: +12, возможен дождь во второй половине дня. Пробки на маршруте до офиса: 7 баллов, рекомендуемый выезд – через 40 минут. Два новых уведомления из «Госвеба» – государственного портала. Первое: подтверждена запись на медосмотр в поликлинику на следующую пятницу. Второе: налоговый вычет за ипотеку зачислен на его цифровой кошелек. Артем довольно улыбнулся. Еще пять лет назад его отец, чтобы оформить тот же вычет, потратил целый день, обивая пороги налоговой с папкой документов. Сейчас все решилось одним касанием.
Он встал, прошел в ванную. Умное зеркало, синхронизированное с «Веждой», высветило его основные показатели: пульс 68, давление 118/75, сон – 7 часов 20 минут, фаза глубокого сна в норме. «Критичных отклонений не выявлено», – мигал безликий шрифт. Артем чистил зубы и параллельно проверял новости в ленте. Основная тема – очередной рекорд по переводу социальных выплат в цифровую валюту. Министр цифрового развития (молодой, амбициозный, свой в доску) рапортовал о том, что уже 78% расчетов в городах-миллионниках происходит в «цифре». «Это прозрачно, безопасно и эффективно», – говорил министр. Артем был согласен. Он, как выпускник Высшей школы экономики по специальности «киберфинансы», понимал преимущества. Никаких наличных, грязных купюр, риска быть ограбленным. Все – в телефоне. Все отслеживаемо, управляемо, защищено. Да, регулятор мог видеть его траты. Ну и что? Артему скрывать было нечего. Он законопослушный налогоплательщик, успешный аналитик в крупнейшем частном банке «Фининтек-Альянс». Его жизнь – открытая книга. И ему это нравилось.
«Мам, привет!» – он отправил голосовое сообщение, пока готовил кофе в умной кофемашине, также завязанной на его аккаунт. Мама жила в тысяче километров отсюда, в городе, который не был миллионником. У них там «Вежда» работала с перебоями, а про систему «Всевид» – эти самые ИИ-камеры – только в новостях говорили. Иногда она жаловалась на очереди в больницах и необходимость лично носить справки. Артем каждый раз терпеливо объяснял: «Мама, просто оформи все через «Госвеб». Запись к врачу, справки, оплата коммуналки. Все в одном месте». Но она побаивалась. Говорила, что в их городе бумажная квитанция надежнее. Артем лишь качал головой. Ретрограды. Они не понимали, как это удобно.
