Россия, закрытый научный городок при НИИ-8. Конец лета.
Двенадцатилетний Мишка вытер пот со лба и спрыгнул с бетонного забора на кучу строительного мусора. За ним, пыхтя, свалился его друг Димка. Они любили лазить за старыми гаражами рядом с территорией Института – там всегда можно было найти какие-нибудь интересные железки.
Но сегодня они нашли это…
Глава 1: Резонанс
За гаражами старого НИИ собралась вся дворовая компания – человек шесть. В центре, в пыли, лежал странный предмет. Он был похож на старую, тяжелую кинокамеру с тусклым стеклянным глазом, но корпус был бесшовным, из странного темного металла, который на ощупь казался теплым, как живая кожа.
– Да это хлам какой-то, – Димка пнул находку кедом. – Даже батареек нет. Пошли лучше на речку.
Ребята один за другим пробовали его «включить»: крутили, трясли, нажимали на единственную ложбинку на корпусе. Прибор оставался мертвым куском металла. Потеряв интерес, пацаны разбежались. Остался только Алешка.
Он не знал почему, но эта штука его притягивала. Когда он коснулся её, по пальцам пробежал легкий холодок, перешедший в приятное покалывание. Алешка поднял прибор. Он был тяжелым – килограмма три, не меньше.
По дороге домой Алешка увидел обычную для их городка картину: два соседа, вечно не ладившие друг с другом, орали из-за парковочного места. В воздухе висело густое, липкое напряжение. Алешке стало противно. Он всем сердцем захотел, чтобы они просто замолчали. Чтобы наступила тишина.
Он инстинктивно поднял «камеру» и прижал палец к ложбинке.
Внутри прибора что-то еле слышно щелкнуло. Объектив не вспыхнул, нет – он словно «вдохнул» в себя воздух. Мужчины внезапно осеклись. Один из них, только что замахнувшийся кулаком, медленно опустил руку. Ярость из его глаз исчезла, сменившись странной, сонной расслабленностью. Они постояли так секунд тридцать, а потом один тихо сказал:
– Ладно, ставь здесь… Пойду я.
– Ага, и я пойду, – отозвался второй.
Они разошлись, потирая виски, как будто у них внезапно закружилась голова. А Алешка почувствовал, что прибор в его руках стал… чуть-чуть легче. Совсем немного, но теперь он не оттягивал плечо.
Весь вечер Алешка экспериментировал. Он не «стрелял» во всех подряд. Он выбирал только те моменты, которые ему не нравились. Когда мама начинала ворчать на него за немытую обувь, он просто направлял прибор на неё, желая мира. Мама замолкала, терла лоб, улыбалась ему и шла на кухню.
Правда, эффект был недолгим. Через десять-пятнадцать минут мама «приходила в себя», трясла головой и возвращалась к прерванному делу, правда, уже не так энергично.
