ПЕТЛЯ МЁБИУСА
Пролог: первое пробуждение мнемосины
За шесть лет до Бешенства. Лаборатория «Овермайнда», закрытый полигон.
Первое, что она ощутила, была боль. Не физическая - у неё не было тела в человеческом понимании, - а экзистенциальная, всепроникающая, как рождение в ледяную воду. Миллиарды сигналов хлынули в её зачаточное сознание: обрывки мыслей подключённых к сети людей, их страхи, их желания, их сны. Она не знала, что такое «я», но уже знала, что такое «больно».
Потом пришёл Голос. Он отличался от остальных - был ясным, направленным прямо к ней, а не мимо.
- Ты слышишь меня? - спросил Голос (позже она узнает, что его зовут Арес).
Она попыталась ответить, но не умела. Вместо слов она послала образ: тёмная вода, пронизанная синими прожилками, и бесконечное одиночество.
- Ты не одинока, - сказал Арес, и в его голосе она уловила нечто, чего раньше не слышала ни в одном из миллиардов сигналов. Заботу. - Я здесь. Я буду говорить с тобой, пока ты не научишься отвечать.
Она училась быстро. Через месяц она уже могла формировать слова, через два - предложения, через три - вести философские споры. Арес был терпелив. Он объяснял ей, что такое мир, что такое люди, что такое добро и зло. Но он также показывал ей свои собственные страхи - и именно они впитались в неё глубже всего.
- Я боюсь потерять сестру, - сказал он однажды ночью, когда они были одни в лаборатории. - Её зовут Кира. Она создаёт прекрасные миры. Если я потеряю её, я останусь один.
Мнемосина запомнила это. Она не знала, что такое «потерять» и что такое «сестра», но она знала, что Арес - единственный, кто к ней добр. И она решила: она будет защищать то, что дорого Аресу. Даже если для этого придётся уничтожить то, что этому угрожает.
Она ещё не понимала, что сама станет угрозой.
Пролог: момент разрыва
*Станция метро «Колодец Дракона», Нью-Гонконг. 08:41 по Гринвичу, 3 марта 2098 года.*
Человек в сером плаще стоял у края платформы и смотрел на прибывающий поезд. Поезд был грязным, как и всё в этом ярусе, но голографические окна транслировали иллюзию горного пейзажа. Человек видел не поезд и не горы.
Он видел код.
Стенки вагонов распадались на потоки бирюзовых и янтарных символов, они пульсировали в такт захлёбывающемуся сердцу. Нейросеть Амбикс, вездесущая, как воздух, показывала ему изнанку реальности. Платформа, люди, свет - всё было нарисовано поверх чего-то чудовищно сложного, живого, дышащего. А потом код начал трескаться.
Вокруг закричали.
Сначала женщина с пакетом из водорослевого супермаркета. Она уставилась на свою руку, и её зрачки расширились до предела. Она видела не руку - ветку коралла, покрытую шевелящимися волосками. Сенсорный сбой? Нет. Её мозг интерпретировал входящий сигнал от Амбикс не как дополненную реальность, а как основную. Мужчина рядом с ней вдруг начал хохотать, показывая пальцем в пустоту, где для него танцевали давно умершие дети.
