Маша, три медведя и следователь
Дело 15/02 «О надругательстве над кашей и медвежьим достоинством»
Стенограмма допроса подозреваемой Марьи Ивановны
15.02.693 г. от н.э. 14:30 по Ярилу
В камере для допросов пахло сырой штукатуркой и формалином. Следователь — сутулый человек с усталыми глазами, повидавшими не одну сотню сломанных судеб, — закурил самокрутку и выпустил струйку дыма в низкий, давящий потолок. Перед ним, на колченогом табурете, сидела девица. В ее взгляде плескалась смесь святой наивности и абсолютной, непробиваемой глупости.
— Итак, гражданка, — следователь брезгливо стряхнул пепел. — Вы утверждаете, что кристально чисты перед обществом и законом. Вы хотите сказать, что в доме трех медведей оказались по воле случая, а не по злому умыслу?
Маша поправила выбившуюся из-под платка прядь и захлопала ресницами с частотой работающего телеграфа.
— Истинный крест, господин начальник. Совершенно случайно. Как есть случайно.
— Замечательно. — Следователь откинулся на спинку стула, и та жалобно скрипнула. — Тогда потрудитесь живописать следствию хронику того злополучного вечера. Медленно, в деталях и без лишних эмоций.
— Значится, так. — Маша шмыгнула носом. — Пошла я в лес по грибы. Ну, вы знаете, погодка стояла — благодать. Птички поют, солнышко припекает. Иду это я, значит, настроение прекрасное.
— Стоп-стоп-стоп. — Следователь поднял указательный палец, испещренный чернильными пятнами. — Грибы? Давайте уточним. Что за грибы? Опишите их видовую принадлежность и, что немаловажно, точное количество.
Маша мечтательно улыбнулась, уставившись в слепое, зарешеченное окошко.
— Ох, грибочки... чудесные такие. Веселые ребята. С красными шляпками, в белый горошек. Мы с ними завсегда в прятки играем. Как найду кого — сразу в рот. Очень я этот процесс уважаю.
Следователь сделал пометку в блокноте: «Употребление. Галлюциногены. Возможно, невменяемость». Желваки на его скулах заходили ходуном.
— Продолжайте, — сухо бросил он.
— Иду, стало быть. Пару грибков уж нашла, подкрепилась. И такая меня легкость охватила, такая радость. Но тут, знаете ли, природные позывы одолели.
— Выражайтесь яснее, Марья Ивановна, и без просторечий.
— Ой, простите великодушно. Мочевой пузырь мой, в смысле, наполнился до краев. А я девушка деликатная, до ветру хожу исключительно в кустики. Вот и свернула с нахоженной тропки.
— И далеко же вы свернули, позвольте полюбопытствовать? — Следователь прищурился, как кот, почуявший мышь.
— Да недалече. Километра два, от силы. Может, три. Лес, он ведь такой, ваша честь, — кустики там густые и на каждом шагу не растут.
