Глава 1. Пятница, семь ноль-ноль
Он умер в позе распятого, но без креста.
Осенний ветер гнал по набережной Москвы-реки мусор и первые колючие снежинки, которые таяли, не долетая до асфальта. Было семь часов утра, пятница, и мир казался серым, как бетонная стена недостроенного храма за спиной следователя.
Андрей Вологжанцев стоял на коленях в луже, которая почему-то не замерзала. Рыжая, маслянистая, теплая еще. Кровь. Он протянул руку и коснулся черной ткани рясы. Тело было неестественно вытянуто — руки раскинуты в стороны, ноги сведены вместе, ладони пробиты грубыми железными скобами, вбитыми в доски строительных лесов. Над головой, на перекладине, кто-то выжег паяльной лампой или просто каленым железом короткую надпись на церковнославянском, которую Вологжанцев прочитал без труда: *«Аз есмь Путь»*.
— Он не просто убит, — сказал эксперт, молодой парень в белом бахилах, который никак не мог привыкнуть к трупам, хотя работал уже третий год. — Его *инсталлировали*. Посмотрите на углы наклона рук. Туда, в плечевые суставы, вколочены штыри. Пять сантиметров в древесину. Он умер от болевого шока и потери крови за... ну, может, за сорок минут, если повезло. Или за два часа, если нет.
— Священник, — устало сказала Марина Соболева, напарница Вологжанцева. Она держалась чуть поодаль, курила тонкую ментоловую сигарету, и ее лицо было единственным цветным пятном на этой черно-серой картине — ярко-рыжие волосы, собранные в тугой пучок. — Отец Михаил, настоятель храма Святителя Николая в Хамовниках. Пятьдесят два года. Женат, двое детей. Вчера вечером ушел на всенощную и не вернулся. В приходе всполошились только в четыре утра, когда супруга позвонила.
— Кто нашел?
— Двое рабочих-гастарбайтеров. Пришли бетон месить на рассвете. Увидели — и сразу в полицию. Но, Андрей... — Марина замялась, что было на нее не похоже. — Ты должен это увидеть.
Она протянула ему маленький прозрачный пакет. Следователь взял его, повертел в руках. Это был билет.
Не квитанция, не пропуск. Старомодный пригласительный билет из плотной бумаги цвета слоновой кости. Типографская печать, витиеватый шрифт с засечками. Вологжанцев поднес его к свету автомобильной фары, которую специально развернули в сторону лесов, и прочитал:
**«Клуб мертвых проповедников»**
*Членский билет № 0001*
*Вход только для тех, кто уже ушел.*
*Пятница. 23:59. Улица Покровка, 13, строение 4, цокольный этаж, дверь без таблички.*
Обратная сторона была чистой, если не считать одного слова, выведенного от руки шариковой ручкой, — «Искупление».
Вологжанцев почувствовал, как по позвоночнику пробежал холод, не имеющий ничего общего с погодой.
