Звонок
Экран светился в полумраке столовой. Имя на экране: «Драгомиров М.»
Я посмотрел на Катю. Она смотрела на телефон, потом на меня, и по тому, как сжались её губы, я понял, она тоже прочитала имя.
— Извини. — Я взял трубку.
Голос в трубке был женским. Тонкий, с тем дрожанием, которое выдаёт человека, державшегося из последних сил и уже теряющего хватку.
— Господин Роман?
Я узнал голос. Элизабет Белозерская — звонила с телефона Максима.
— Элизабет, — удивился я. — Что случилось?
— У меня ситуация, — она вдохнула, коротко, рвано. — Он пропал.
— Кто пропал?
— Максим.
Пауза. Свечи на столе качнулись от моего дыхания, и тишина поместья за окнами была такой, что я слышал, как Катя поставила стакан на стол — мягко, аккуратно, чтобы не мешать.
— В смысле пропал? — спросил я. — Ты звонишь с его телефона. Вышел из квартиры и потерялся или не вернулся?
— Да, — её голос сорвался на полтона выше. — Он вышел из квартиры и не вернулся. Телефон оставил здесь. Три часа назад. Три часа, Роман. Я не знаю, что делать. Я думала позвонить его отцу, но… Виктор Михайлович в принципе наши отношения принял, но я не думаю, что он хотел бы услышать такие новости от меня. Тем более по телефону. Тем более ночью.
Три часа. Человек вышел из квартиры без телефона и пропал на три часа. В одиннадцатом часу вечера. Максим Драгомиров — наследник графского рода, человек, у которого охрана, деньги, связи и минимум три причины никуда не ходить пешком ночью.
— Элизабет. — Голос держался сам, без усилия. — Ты сейчас где?
— В нашей квартире.
— Хорошо. Скинь мне адрес, я приеду.
— Спасибо, — выдохнула она, и в этом «спасибо» было столько облегчения, что мне стало не по себе. Человек, которого она любит, пропал, и единственное, за что она цепляется — детектив, которого она видела дважды в жизни.
Я положил трубку. Посмотрел на экран: 23:14. Посмотрел на Катю.
Катя сидела в кресле, поджав ноги, обхватив колени руками через халат. Губы чуть надуты. Зелёные глаза смотрели на меня, и в них читался вопрос, которого она пока не задала.
— Катя, — начал я. — Мне нужно уехать.
— Сейчас? — брови сошлись к переносице. — Ром, полночь.
— Я знаю.
— Кто звонил?
— Элизабет Белозерская. Девушка Максима Драгомирова. Звонила с его телефона.
Катя молчала. Ждала продолжения. Я ценил это — умение ждать факты, прежде чем лезть с выводами.
— Максим ушёл из квартиры три часа назад и не вернулся, — сказал я. — Без телефона. Кто-то позвонил ему, он вышел, сказал «десять минут» — и пропал. Элизабет в панике.
— Драгомиров, — повторила Катя, и я увидел, как её лицо изменилось. Надутые губы разжались, глаза стали серьёзнее. Она знала, кто такие Драгомировы. Дочь Иосифа Каца не могла не знать. — Это графский род.
