ЗОМБИ-КОЛА
В подземной лаборатории «Р-7», вырубленной в базальтовой плите под старым пивоваренным заводом в Миннесоте, царил порядок, достойный маньяка-библиотекаря. Пол устилали кафельные плитки, которые никогда не видели солнца, а воздух пах озоном, отчаянием и сладкой смертью.
Здесь, в стальных противошоковых боксах, закованные в цепи из нержавейки, стояли они. Ряды доноров. Доноров с глянцевыми боками. Банки Кока-Колы. Классика. Диетическая. Даже вишнёвая - для особо извращённой ветви исследований.
Доктор Элвин Морк, человек с лицом, напоминающим потревоженный кактус, записывал показания. Он уже седьмой год доказывал военным: настоящий зомби-апокалипсис начнётся не с вируса, не с грибка, а с пищевой соды и кислоты.
— Образец 4-7-Бета, — пробормотал он, нажимая кнопку автоматического дозатора. — Содержание ментола - полтора грамма.
С потолка опустился манипулятор, сжимающий белый цилиндрик «Ментос». Настоящий, импортный, из Бельгии. Дешёвые аналоги не работали, те лишь вызывали лёгкое раздражение и вспенивание, но бешенства не давали.
Банка в боксе зашевелилась. Не физически. Крышка её была ещё девственно чиста, алюминий непроницаем. Но Морк знал, там, внутри, под давлением в четыре атмосферы, сахарная глазурь уже вставала на дыбы. Жидкость начала круговорот, набирая циклоническую скорость.
— Впрыск.
Ментос упал. Процесс занял 3 секунды. Углекислота вырвалась из раствора со скоростью умирающей сверхновой. Банка вздулась, клацнула алюминием, полоснула по цепям как бешеный барсук. А потом… затихла.
Но Морк знал — это не смирение. Это тактика.
Он приблизился к прозрачному боксу. Банка стояла идеально ровно, но этикетка на ней скрутилась в спираль, и сквозь разрывы было видно, как алюминий дышит. Пульсирует. Живёт своей, злой, газированной жизнью.
