Глава 1. Дорога на Москву
Осенний ветер гнал по дороге жёлтые листья, цеплявшиеся за колёса телеги. Анна куталась в тёплый шерстяной платок, с тревогой поглядывая на хмурое небо. Пётр, сидя рядом, похлопывал лошадь по шее и напевал себе под нос старинную походную песню. В телеге, прикрытые холстиной, лежали образцы золота и тщательно упакованные документы — последняя надежда целого прииска.
Позади, на почтительном расстоянии, ехали трое охранников — бывалые мужики с суровыми лицами: Игнат, бородатый силач с топором за поясом; молчаливый Михалыч с самопалом наготове; юркий Сенька, вечно что‑то жующий и посвистывающий. Они держались настороже, то и дело оглядываясь по сторонам — дорога в столицу несла славу неспокойную.
— Думаешь, царь примет нас? — тихо спросила Анна, поправляя выбившуюся прядь волос. — Всё‑таки путь неблизкий, да и дел у государя хватает.
Пётр обернулся к ней с ободряющей улыбкой:
— Примет, Аннушка, примет. Такое золото не каждый день увидишь. Да и польза для казны очевидна. А мы заодно выпросим льготы для прииска, чтобы люди могли спокойно работать, не боясь притеснений.
Девушка вздохнула. Взгляд её устремился вдаль, туда, где осталась мать. В груди защемило от тревоги: как она там, справится ли одна? Словно уловив её мысли, Пётр мягко положил руку ей на плечо:
— Не переживай, всё будет хорошо. Вернёмся с царским указом, заживём по‑новому. Да и мать твоя порадуется.
Игнат подъехал ближе, хмуро покосился на горизонт:
— Ветер крепчает. До темноты бы успеть до деревни, а то в лесу ночевать — себе дороже.
— Успеем, — отозвался Пётр. — Ещё часа два ходу, если лошадь не сбавит шаг.
Солнце клонилось к закату, окрашивая голые ветви деревьев в багрянец. Дорога вилась между холмами. Изредка попадались заброшенные избы — видно, люди ушли отсюда в поисках лучшей доли. Пётр подстегнул лошадь: надо было успеть до темноты найти место для ночлега.
Они остановились у старого пересохшего русла реки — здесь когда‑то текла вода, оставив после себя лишь камни да песок. Пётр ловко распряг лошадь, стреножил её и пустил пастись на остатки травы. Анна тем временем собрала сухие ветки, а Пётр достал кремень и огниво. Вскоре затрещал костёр, отбрасывая пляшущие тени на ближайшие деревья.
Охранники тоже устроились неподалёку: Игнат проверил оружие, Михалыч достал сухарь и принялся жевать, Сенька принялся что‑то бормотать себе под нос, разглядывая звёзды.
— Помнишь, как мы в детстве у реки играли? — спросил Пётр, протягивая руки к теплу. — Ты ещё тогда сказала, что вырастешь и найдёшь самое большое золото на свете.
