Все началось с того, что Скугги съел образец. Спасибо, что не весь свитер, так как это было бы слишком даже для Йольского кота. Пострадал только левый рукав, который я вязала три вечера подряд, пока кот делал вид, что спит на подоконнике и ни на что не претендует.
– Ску-у-угги, – вкрадчиво позвала я.
– Мр? – ответил он, не открывая глаз.
– Солнышко мое, а где рукав от образца цвета «северная ночь»?
– Не знаю, о чем ты.
Скугги лежал на подоконнике, завернутый в собственный хвост, и по невозмутимости мог сравниться с вулканом Хекла. Разумеется, когда вулкан не извергается. Черная шерстка серебристо отливает на солнце, наглые зеленые глаза прикрыты. Морда – кирпичом.
Я заметила валяющийся на полу кусок пряжи.
– Вот это что? – потыкала я в улику пальцем.
– Понятия не имею. Упало откуда-то. Фритрика, в конце концов, надо следить за своими вещами.
Я закатила глаза и положила пряжу на стол.
Первое декабря – это начало йольского сезона. Значит, у меня где-то три недели, чтобы распродать запасы, выполнить заказы и связать еще дюжину свитеров. Желательно при этом не тронуться. Скугги в теории должен помогать. Но в итоге эта наглая морда ест образцы, путает клубки и лезет в корзину с готовыми изделиями так, что я обнаруживаю его только в тот момент, когда заказчица протягивает деньги.
Заказчица, надо сказать, была в восторге.
– Он такой очаровательный, – выдохнула она тогда, почесывая Скугги за ухом.
– Это Йольский кот, – ответила я.
– Ах, как мило!
– У вас есть новая одежда к Йолю?
Она захлопала огромными глазами.
– Разумеется, есть.
– Замечательно, – ответил Скугги, не открывая глаз. – Тогда я вас не съем.
Покупательница сглотнула и купила три свитера. Скугги довольно потянулся и снова свернулся клубком в корзине, пока я его оттуда не выпинала.
В общем, лавка у меня небольшая, зато своя. Вдоль стен разместились деревянные полки, а на них стопками и на вешалках свитера и кардиганы. Сверху шапки и носки. В углу я пристроила кресло с корзиной для пряжи. Над дверью развешена старая вязаная гирлянда, которую мне оставила бабушка Сигрид вместе с лавкой и умением читать по петлям.
Спросите, что значит последнее? Это когда смотришь на вязание и понимаешь, что из него выйдет. И речь идет не о предмете гардероба. А дает понять, что вот этот свитер будет греть не только тело. А вот эта шапка кого-то спасет от глупого решения. Бабуля называла это ерундой, но продавала свои вещи в три раза дороже соседей и никогда не объясняла почему.
Впрочем… я тоже.
Вернемся к свитеру цвета «северная ночь». Это такой темно-синий с серебристой нитью, которую я добавляла в каждый пятый ряд. Свитер был заказан неизвестно кем – я нашла записку под дверью еще в ноябре, там были написаны размер, цвет и обещание оплаты по готовности. Ни имени, ни фамилии. Ни-че-го.
