I
Майор отдела сканирования ситуативных мерячений радиочастот «Смерч» Игорь Агрофенков настроил на компьютере режим наблюдения за «квадратом Московского Кремля». Он удовлетворенно улыбнулся, представив, как в своем кабинете генерал Бреев время от времени подходит к двум спаренным, занимающим почти всю стену, огромным окнам с видом на кремль и подумывает над тем, что стоит майору Агрофенкову нажать на одну из клавиш, и его, генерала, мысли будут прочитаны точно так же, как своим прибором «Меряченье» отдел прослушивает мысли попавших в список условно-подозреваемых кремлевских чиновников!
Правда, это задание он, Агрофенков, воспринял без особого энтузиазма. Копаться в мыслях тех, кто мог не иметь к преступлению никакого отношения, удовольствие было из малоприятных.
В выставочном зале колокольни Ивана Великого, где наряду с драгоценностями России был представлен первый слиток царского золотого стандарта 1897 года, этот экспонат был похищен, причем, один из сотрудников охраны, уже убитый, был найден не сразу, а потому и пропажи хватились слишком поздно. Это был первый выставочный день, организованный специально для работников Кремля, что значительно сужало круг поиска преступника или преступников.
Прокуратура, поддерживающая деловой контакт с ведомством «Три кашалота», когда дело касалось преступлений, связанных с драгоценностями, не считала зазорным обращаться за поддержкой к генералу Георгию Ивановичу Брееву и в службу аналитического оперативного реагирования «Сократ» полковника Михаила Александровича Халтурина.
Помощник Халтурина майор Борислав Юрьевич Сбарский сейчас находился в пределах Александровского сада, и Агрофенков, поймав его точку координат, услышал, как тот, ступив на какой-то газон и, кажется, сломав розовый куст, чертыхнулся. С прибором «Меряченье», разработанным лично Агрофенковым и командой его отдела, Сбарский сейчас завершал сверку вибраций волн радиочастот в примыкающем к Кремлю пространстве не далее, чем метрах в ста от него. Это позволяло в любой момент очистить свою волну от посторонних резонансов, способных помешать прибору «Меряченье» проникать в мысли человеческого мозга, также вибрирующие и резонирующие с другими частотами, следовало только отделить зерна от плевел. На проведение этой операции генерал Бреев настоял перед прокуратурой, под гарантию ее разового использования, пока не будут найдены хоть какие-то следы, ведущие к преступлению, совершенному на территории Кремля. При этом были взяты «пробы» биологической генной частоты у всех подозреваемых, в первую очередь тех, кто в день преступления был на территории Кремля.
