I
Один из фигурантов по делу о пропаже женского черепа из экспертной лаборатории оказался в поезде, следующем из Москвы в южноуральский город Уграйск. Разработанная отделом «Взор» капитана Константина Деева дополнительная цифровая программа при подключении ее к общей сети «Сапфира» позволила операторам аналитикам ведомства «Три кашалота» застать его в одном из купе скорого поезда, идущего на всех парах с редкими остановками на более или менее крупных станциях.
В купе ехали: приятной наружности женщина неопределенного возраста Раиса Павловна Сторешникова с достигшей совершеннолетия дочерью Верой, академик, в довольно солидном возрасте, Арнольд Вальдемарович Прахов – палеоантрополог и специалист по исследованию курганов, в том числе, «заилекских пятимаров». И с ними сменивший четвертого попутчика на станции Уфа… самый настоящий теозавр – получеловек, полуящер в облике молодого господина, представившегося одним из адептов какой-то неведомой религиозной и, будто бы, то ли восточной, то ли дальневосточной, словом, невесть какой школы или секты. Было ему около тридцати лет, и был он черняв, кучеряв и красив; правда, светло-русые брови его над светло-серыми глазами вносили в эту красоту некий дисбаланс, а чрезвычайно белые и довольно острые зубы, когда он открывал рот, заставляли всматриваться в них более пристально, чем это обыкновенно бывает, когда люди проводят время за какой-либо беседой. В то время, как он всем своим видом показывал определенную степень неприязни к ученому, постоянно возвращавшемуся к теме мертвых и найденных древних человеческих останков, сам ученый, благодарный попутчице за не сходящий с ее лица доверчивый и преданный взор, сейчас развивал одну из своих, как представлялось ему, чрезвычайно важных мыслей.
Капитан Деев, благодаря любимой каждым оператором подпрограмме видеореконструкции событий «Скиф», подкрутил сенсорную шкалу, прибавив четкости изображения и звука. О том, что могучая антенна ведомства, контролирующая портал связи в восточном направлении, «Миассида», напала на верный след, сомнений становилось все меньше.
– …Да, да, идентификация умерших – это ныне один из важнейших факторов современной действительности! – с безапелляционным апломбом провозглашал Прахов. – И без нашего брата антрополога тут уж никак не обойтись. Вот!.. Давеча, позвали меня ребятишки из группы «Поиск», а с ними, понимаете ли, еще живой герой войны. И, подавая мне заботливо очищенный и помытый череп, чуть ли не приказывает! Да, да! С кем ни встретишься!.. А-ну, – говорит – не слабо ли вам, профессор Прахов, определить: не комиссар ли это, краснозвездная Фатьянова Груня? Уж больно мы ее в своей особой секретной дивизии любили!..
