Бар «У Голли» открывали по большим матчам и в те вечера, когда хозяину удавалось достать настоящее пиво.
Сегодня удалось.
За стеклом шёл обычный вечер апреля 2108-го. Беспилотные автобусы скользили по улицам почти без остановок; световая разметка менялась вместе с потоком, фасады сами приглушали блики закатного солнца. Над крышами шли сервисные маршруты, выше работала орбитальная сеть внешнего контура. В Агломерации техника обычно становилась заметной только тогда, когда что-нибудь делала не так.
Арчи Джент пришёл на третьей минуте. Автобус задержали проверкой: у женщины в первом ряду не отзывалась метка, и она тёрла запястье, будто могла разбудить её пальцем. Потом янтарь всё-таки загорелся, и двери открылись.
Когда Арчи вошёл, наши уже били угловой.
— Началось?
— Началось давно, — сказал Бонк. — Играть не начали.
Хозяин поставил перед Арчи стакан без заказа. Пиво было тёплым, с осадком. Зато не смесью из столовой.
Поле на экране было слишком зелёным. Сбоку горела вероятность победы — сорок один процент.
— Убери цифру.
— Я её повесил, что ли? — ответил хозяин.
Бонк следил и за матчем, и за вероятностью.
— Уже тридцать девять.
— Я же сказал: не говори.
Снаружи летели патрульные платформы — стрекозы, как их давно называли в городе. Когда бар замолкал, их было слышно над крышей: сухой звон, будто кто-то далеко проводил ногтем по стеклу. Машины двигались ровными рядами на высоте четвёртого этажа. Арчи видел их каждый день и давно перестал замечать.
На двадцать седьмой минуте наши забили. Бар поднялся. Бонк обнял Арчи за плечи, кто-то пролил пиво ему на спину, хозяин закричал про стаканы и сам ударил ладонью по стойке.
Повтор показали трижды.
На четвёртом повторе поле уменьшилось, а в углу экрана появилось уведомление о проверке. Никто не отреагировал.
Вентиляционное окно открылось. Стрекоза влетела в бар и поднялась под потолок.
Люди поднимали запястья, не отрываясь от матча. Короткое тепло под кожей — и машина двигалась дальше.
Она прошла над хозяином, женщинами у окна, Прачкой, Бонком. Бонк даже не повернулся, только вытянул руку за спину.
Стрекоза остановилась перед Арчи.
Он поднял запястье.
Метка нагрелась.
— Ого.
Тепло усилилось. Янтарная точка под кожей вспыхнула белым и исчезла. Остался овальный светлый след.
Арчи потёр его пальцем.
— Не считала. Давай ещё.
Бонк взял Арчи за руку и повернул к свету. Несколько секунд рассматривал рубец, потом отпустил.
— Повтори проверку, — сказал он машине.
