Все события и персонажи данного произведения являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, организациями, научными разработками или историческими событиями случайны.
Автор не ставит целью пропаганду каких-либо политических, религиозных или идеологических взглядов. Описанные технологии, медицинские эксперименты и социальные модели представлены исключительно в рамках художественного замысла.
Произведение носит философско-фантастический характер и предназначено для осмысления тем памяти, ответственности и человеческой природы в условиях кризиса цивилизации.
События происходят в альтернативной реальности и не отражают конкретные страны или правительства.
Сначала пропали мелочи.
Ключи от машины – не на крючке, не в кармане, нигде. Пароль от почты – тот, который набирал, не глядя десять лет. Имя соседа, с которым здоровался каждое утро: лицо на месте, а имя – дыра.
Потом пропали дни. Вы просыпались в среду, думая, что понедельник. Звонили на работу, которой больше не было. Ехали по маршруту, который вёл в никуда – навигатор помнил адрес, а вы – нет.
Потом города. Вы стояли у собственного дома и не узнавали дверь. Трогали замок – пальцы помнили движение, но голова не помнила зачем.
Потом люди. Жена варила кофе утром, вы заходили на кухню и спрашивали: «Простите, вы кто?»
Она роняла чашку. Кофе растекался по белой плитке. Вы смотрели на коричневую лужу и не могли вспомнить, как называется эта жидкость, и почему женщина перед вами плачет.
А потом пропали вы сами.
Зеркало показывало чужое лицо. Вы трогали щёку, отражение повторяло. Но это были не вы. Вы не помнили, кто вы. Зеркало не врало. Врала пустота на месте памяти.
Вирус не убивал. Он стирал.
Слой за слоем. Как кислота разъедает металл – медленно, методично, без боли. И потому без сопротивления. Вы не знали, что теряете. Каждая потеря уносила и знание о ней. К тому моменту, когда стирать стало нечего, вы уже не помнили, что когда-то были целым.
Мир не рухнул от бомб. Не сгорел в войне. Он просто забыл, как работать.
Когда инженеры забыли, что такое турбина, погас свет. Сначала в одном городе, потом – лавиной, по всей энергосети, как костяшки домино, падающие через континенты. Когда врачи забыли названия лекарств – больницы стали моргами. Когда пилоты забыли, как сажать самолёты, небо замолчало навсегда. Последний рейс приземлился в поле. Шасси не выпустили. Пилот не помнил, какой рычаг.
