Запах был неправильным. Пахло не влажной землей, не городской пылью и даже не стерильной чистотой больничной палаты, как это случалось в их прошлых снах. Пахло разогретым озоном, древесной смолой и старой парусиной.
Артём с трудом разлепил глаза, чувствуя, как под спиной мерно покачивается что-то твердое и шершавое. Доски. Отполированные тысячами ног, покрытые сеткой мелких царапин деревянные доски.
— Тёма, — раздался над самым ухом недовольный голос. — Я, конечно, ценю твою способность дрыхнуть в любых условиях, но у нас тут, кажется, легкое несоответствие законам физики.
Артём сел, протирая лицо руками. На бочке с каким-то металлическим ломом сидел Макс. Его серая в полоску шерсть стояла дыбом, а кончик хвоста нервно подергивался. Кот выглядел бы совершенно обычно, если бы не одно «но»: его задние лапы слегка отрывались от бочки, словно гравитация здесь работала по расписанию и сейчас у нее был обеденный перерыв.
— Опять новый сон, — выдохнул Артём, окончательно просыпаясь. Он поднялся на ноги, инстинктивно балансируя на покачивающейся палубе, и осмотрелся.
Слова застряли у него в горле.
Они находились на борту исполинского галеона. Три массивные мачты уходили высоко вверх, но на них не было привычных тканевых парусов. Вместо них реи удерживали сотканные из полупрозрачной энергии полотнища, пульсирующие мягким неоновым светом. Но главным было не это. Главным было то, что находилось за бортом.
Там не было океана. Там была бесконечная, ослепительно-черная бездна, усыпанная россыпями бриллиантовых звезд. Прямо по курсу вихрилась колоссальная фиолетовая туманность, а вдалеке медленно вращались обломки скал — парящие в пустоте острова, соединенные тонкими нитями мерцающего света. Корабль плыл сквозь открытый космос, разрезая деревянным носом звездную пыль.
— Эй, двуногий! — Макс спрыгнул с бочки, плавно приземлившись на палубу благодаря пониженной гравитации. — Ты тоже это видишь? Деревянный корабль в космосе. Я требую жалобную книгу. Этот мир писали двоечники.
— Зато мы дышим, Макс, — резонно заметил Артём, втягивая носом прохладный воздух, который удерживался вокруг судна благодаря едва заметному мерцающему куполу. — Значит, магия. Или технологии, которые мы пока не понимаем.
Внезапно палуба содрогнулась. Удар был такой силы, что Артём едва не полетел за борт, вовремя вцепившись в толстый канат. Макс с истошным мяуканьем выпустил когти, намертво впившись в доски.
Вокруг засуетились существа. Экипаж. Артём с удивлением отметил, что большинство из них были похожи на людей, только с неестественно бледной или, наоборот, темно-синей кожей. Одетые в кожаные куртки, пробитые заклепками, они носились по палубе, перекрикивая нарастающий гул.
