Оля проснулась за секунду до будильника.
Так было всегда — тело знало расписание лучше любого телефона. 5:29. Одна минута тишины, которая принадлежала только ей. Она лежала с открытыми глазами и слушала, как за стеной дышит мама. Вдох — долгий, с присвистом. Выдох — короткий, будто воздух не хотел уходить.
Будильник зазвонил. Оля сняла его до второго сигнала.
Кухня. Чайник. Каша — овсянка, не из пакетика, а настоящая. Пока варится — таблетки. Розовая — утром, белая — через час после еды, жёлтая — если болит. Оля расставила их в керамическую розетку: слева направо, по времени приёма. Каждый день. Один и тот же ритуал. Если делать его правильно — мир держится.
Мамина комната. Дверь приоткрыта — всегда приоткрыта, потому что маме так спокойнее, и Оле так спокойнее, хотя ни одна из них в этом не признается.
Мама спала. Лицо — серое, осунувшееся, но во сне спокойное. На тумбочке — пять баночек с лекарствами, выстроенные по росту, как солдаты. Одна чуть сдвинулась — Оля поправила, вернула в строй. Мамины пальцы на одеяле — тонкие, с синими прожилками.
Оля поставила кашу на табуретку рядом с кроватью. Стакан воды. Таблетки.
Мама открыла глаза.
— Ты уже уходишь?
— Через сорок минут. Поешь?
— Потом. Иди, а то опоздаешь.
— Не опоздаю.
Оля наклонилась, поцеловала маму в лоб. Лоб был тёплый. Не горячий — тёплый. Значит, нормальная температура. Значит, сегодня — хороший день. Значит, можно уйти.
В коридоре — зеркало. Оля остановилась на секунду. Тугой хвост, серые глаза, школьная форма — отглаженная, хотя форма в этом году необязательна. Тонкий шрам на запястье, белый, почти невидимый.
— Нормальная, — сказала она отражению.
Взяла блокнот. Проверила: ручка в кармане, телефон заряжен, ключи. Закрыла за собой дверь — тихо, чтобы мама могла поспать ещё час.
На лестнице достала блокнот. Страница на сегодня, первое сентября:
- Линейка — 8:30
- Проверить рассадку
- Дежурство — Кира? Уточнить
- Собрание старост — 15:00
- Купить хлеб, молоко, бананы
- Мамины таблетки — заказать рецепт до четверга
Между строчками «собрание старост» и «купить хлеб» — жизнь. Целая жизнь, спрессованная в расписание. Если расписание работает — жизнь работает.
Оля убрала блокнот и вышла в московское утро.
На другом конце района Артём Малов свесил ноги с подоконника и смотрел, как рассвет красит гаражи в розовый.
Второй этаж — невысоко. Мама убила бы, если бы увидела. Но мама на суточной, вернётся к обеду, и к тому времени Артём уже наврёт, что позавтракал, собрал рюкзак и вообще вёл себя прилично.
Он не позавтракал. Рюкзак не собран. Прилично — понятие растяжимое.
