Мир Элизиума никогда не знал истинного покоя, ибо сама его плоть была соткана из противоречий, запечатленных в сиянии небесных светил и вязкой густоте теней. С незапамятных времен, когда первые капли божественной крови пролились на остывающую землю, возник нерушимый порядок, определивший судьбы миллионов. Это был мир, где магия не являлась даром, который можно выбрать или заслужить трудом – она была проклятием и благословением, передающимся через пульсацию вен, через шепот предков, затаившийся в хромосомах судьбы. Звездные Хранители, чьи глаза искрились холодным серебром далеких созвездий, верили, что они – единственная преграда на пути к хаосу, в то время как обитатели Теневого Королевства, скрытые в вечных сумерках своих скалистых цитаделей, считали себя истинными стражами равновесия, понимающими, что свет без тьмы ослепляет, превращая жизнь в выжженную пустыню.
Элара росла в тени величественных шпилей Астрориума, окруженная древними фолиантами и запахом сушеной лаванды, смешанным с озоновым ароматом звездной пыли. С самого детства ей внушали, что её кровь – это чистейший проводник небесной энергии, и любая примесь, любой контакт с иным проявлением силы осквернит её предназначение. Она видела, как её наставники, седовласые жрецы в мантиях цвета индиго, с опаской поглядывали на горизонт, где небо окрашивалось в тревожные пурпурные тона. Они говорили о Теневом Королевстве как о язве на теле мира, о месте, где рождаются монстры и где честь приносится в жертву амбициям. Однако в глубине души, когда Элара оставалась наедине со своими мыслями на вершине самой высокой башни, она чувствовала странный зуд под кожей, тихий зов, который не вписывался в стройные теории жрецов. Она задавалась вопросом: если мир был создан единым целым, почему его части так яростно стремятся уничтожить друг друга?
В Теневом Королевстве, вдали от стерильного блеска Астрориума, Каэль постигал иную науку. Его жизнь была чередой испытаний, где магия теней требовала не молитв, а железной воли и готовности заглянуть в собственную бездну. Будучи бастардом, он с ранних лет усвоил, что его право на существование подтверждается лишь остротой клинка и глубиной его магического резерва. Для него Звездные Хранители были не более чем высокомерными тиранами, прячущими свою жажду власти за красивыми словами о морали и свете. Каэль видел мир как поле битвы, где каждый вздох был завоеван, а каждое чувство – потенциальной слабостью. Но даже в его очерствевшем сердце жило предчувствие чего-то неизбежного, словно сама земля под его ногами ждала момента, когда древние цепи будут сорваны.
