Пролог: Пробуждение без памяти.
Она проснулась от того, что что-то лизало её лицо. Что-то тёплое, шершавое, пахнущее медью и старыми книгами. Открыла глаза — и увидела тьму. Не ночную тьму. Не подвальную. Другую. Тьму, которая была не отсутствием света, а его противоположностью. Тьму, которая жила.
Потом включилось зрение. Медленно. Болезненно. Как будто глаза не хотели видеть то, что было перед ними.
Стены.
Стены везде. Высокие, серые, из какого-то влажного камня, который дышал. Да, именно так — стены дышали. Медленно, ритмично, как спящее чудовище. И на их поверхности что-то двигалось. Не тени — нечто более плотное. Как будто под тонкой плёнкой камня копошились... органы. Внутренности самой постройки.
Она лежала на холодном полу. Камни под ней были тёплыми. Неприятно тёплыми, как тело лихорадящего больного. Попыталась встать — и поняла, что не помнит своего имени. Не помнит, как сюда попала. Не помнит, кто она.
Память была не стёрта — она была вывернута наизнанку. Вместо воспоминаний — обрывки чужих жизней. Женское лицо в зеркале (её лицо? Чьё-то ещё?). Детский смех (её ребёнок? Она сама в детстве?). Руки, держащие нож (чтобы резать хлеб? Или...).
И главное — ощущение. Ощущение, что она здесь не одна. Что где-то рядом, за этими дышащими стенами, есть другие. Такие же проснувшиеся. Такие же забывшие.
Она поднялась. Ноги дрожали, но держали.
Коридор. Длинный, бесконечно длинный, уходящий в обе стороны. Стены сходятся где-то вдали, создавая иллюзию бесконечности. Потолка не видно — он теряется вверху в той же живой тьме. А на стенах...
Она подошла ближе. Прикоснулась.
Камень был не просто тёплым. Он был мягким. Как кожа. Старая, морщинистая, покрытая шрамами кожа. И под пальцами она почувствовала... пульс. Медленный, тяжёлый, нечеловеческий пульс.
И тогда стена открыла глаз.
Не метафорически. Буквально. Часть камня раздвинулась, как веки, и из щели выглянуло... нечто. Не глаз в человеческом понимании. Скорее, орган восприятия. Без зрачка, без радужки, просто влажная, блестящая поверхность, которая смотрела на неё.
Она отпрыгнула. Сердце колотилось где-то в горле.
Глаз медленно повёл в её сторону. Не двигаясь — просто смещаясь по поверхности стены, как капля масла по воде. И замер. Смотрел.
И она поняла: он не просто видит. Он узнаёт.
Потом раздался звук. Не сбоку — сверху. Глухой, влажный хлопок, как будто что-то большое и мягкое упало на камень.
Она подняла голову.
На потолке (который внезапно появился, хотя секунду назад его не было) висели... они.
Три фигуры. Завёрнутые в какие-то серые, влажные пелены, как коконы. Но не неподвижные — они дышали. Ритмично, синхронно со стенами. И одна из них... шевельнулась. Слегка. Как будто во сне.
