Последний сон Земли
Среди неженатых сотрудников конторы Пупо был самый обаятельный и харизматичный. Он безупречно подбирал цвета в одежде, никогда не торопился и имел очаровательную улыбку. Прозвище Пупо было дано Василию Санину из-за внешней схожести с артистом. Он не обижался, наоборот, даже выучил пару песен на итальянском. «Это неплохой выбор» – считала Божена, да и не только она. И вот наконец избранник везёт её в романтическое уединённое место, значит всё получилось.
– А ты сможешь расставить палатки в темноте? – спросила молодая женщина усталым голосом. Это было третье свидание, но почему-то на этот раз многое было против них. В пятницу в конторе все словно сошли с ума, начальству понадобились отчёты по раскрываемости, которые были направлены, потом несколько раз переделаны и снова направлены. Опять очередная «шишка» решила испортить пятницу своим приездом.
– Одну точно успею, – улыбнулся Пупо. Божена ничего не ответила, часики тикают, пора обзаводиться семьёй. Нет, она не была влюблена в Васю, это был прагматичный расчёт. Она уже пережила в своей жизни несчастную любовь и чувства её пугали – без них проще.
Сумерки сгущались, свет фар танцевал на лесной дороге, темнота немного пугала. «Слава богу здесь есть связь» – подумала Божена, взглянув на «Айфон» – целых два деления. Она зевнула.
– Не спать, – шутливо приказал Санин и стал напевать итальянскую песню. В темноте. на этой лесной дороге его голос звучал как-то странно, даже зловеще. Божена поёжилась. И тут зазвонил её телефон.
– И тут достанут, – проворчал Пупо, подумав о работе.
– Вася, это ты мне звонишь, – удивлённо сказала девушка. Пупо достал свой телефон из кармана ветровки «Ice Flying».
– Нет, это не я
Божена приняла вызов, и до боли знакомый голос Пупо раздался в её телефоне: «Бонасера, красавица! Ты куда подевалась, я всю контору обегал?»
Девушка посмотрела на своего спутника и дико закричала от страха…
Молодой учёный Лин Голотов в измазанном мелом пиджаке, размахивая пультом от проектора, кричал с кафедры во враждебную толпу коллег, скачущих словно макаки между тесных рядов лекционной аудитории. Доска была исписана логическими формулами и графиками, на экране мелькали исторические события, феномены и загадочные явления сменяли друг друга в полумраке пространства.
– Почему мы не можем объяснить внезапное происхождение видов, почему отсутствуют переходные формы? Мы до сих пор не можем понять это, спорим с Дарвином, – кричал симпатичный учёный.
– Человек ещё многое не может объяснить, но это не значит, что весь наш мир просто чей-то сон, – возражали из амфитеатра.
