Проклятье
Припадая на больную ногу, морщась от боли и сдерживая стон, Станислав брел в сторону леса. Земля раскисла от недавнего дождя, кроссовки скользили, но упасть в жидкую грязь было страшнее всего. Парень понимал, что подняться самостоятельно уже не сможет, а помочь здесь некому. Впрочем, в темном осеннем лесу, среди деревьев с почти облетевшей листвой, беглеца тоже никто не ждал. Но оставаться на открытой местности Стас не мог – если те, кто привез его сюда, поймут, что он не погиб, то найдут и наверняка добьют. Что хуже – умирать от пули или от холода в сыром лесу, паренек не решил, но пока он мог двигаться, оставался шанс спастись, и он упрямо шел вперед. Вокруг не было ни души. Кровь из ран уже не текла, но силы постепенно иссякали, жутко хотелось пить.
Серый, пасмурный день сменился ранними синеватыми сумерками, когда Стас добрался до первых деревьев и оглянулся. В поле никого рассмотреть не удалось. Шел он долго и медленно, по открытой местности, догнать его не стоило особого труда. Значит, те, кто бросил его умирать на заброшенном кладбище, не вернулись. Уже хорошо.
Паренек обнял дерево и прижался щекой к шершавому стволу. Впереди, под еловыми кронами, сгущалась тьма. Раны болели, сил почти не осталось. Хотелось лечь на сырую, холодную землю и заснуть. Этот сон будет вечен, закончатся все беды, тревоги и неурядицы. Но тогда можно было оставаться на кладбище и лежать между заброшенных, просевших могил.
Стас глубоко вздохнул и вошел в лес. С веток на голову падали тяжелые холодные капли, но идти стало легче – земля, покрытая сухой травой и опавшей листвой не скользила под ногами, а стволы деревьев можно было использовать как дополнительную опору. Становилось все темнее, вскоре беглец перестал различать окружавшую его растительность, потом и вовсе опустился на четвереньки и пополз, ощупывая тропинку руками. Его не удивляло, что он не натыкается на ветки и торчащие из земли корни. Препятствие, неожиданно возникшее на пути, заставило его остановиться. Стас провел рукой и ощутил шершавое дерево. Сознание мутилось и скрип, раздавшийся где-то сверху, беглец не проанализировал. Как и не понял, откуда прозвучал насмешливый мужской голос:
— Вот и еще один клиент в нашей умиральне!
- Тьфу на тебя! – ворчливо ответил хрипловатый женский. – Может, еще выкарабкается. Вставай-ка, помоги!
Чьи-то руки подхватили Стаса, втащили в темное помещение и уложили на дощатый пол. Чиркнула спичка, загорелась свеча. Незваный гость увидел кисти рук, пестрый платок, опущенный на лицо, и вязаные косички на свитере. Почему-то паренек решил, что это старушка, живущая в лесу, и тихо спросил:
