Глава 1. Взлом на Рублёвке
Час ночи. Рублёвка. Особняк «Лисья нора» — так хозяин назвал свою резиденцию, потому что считал себя хитрым. На самом деле хитрожопым он был ровно настолько, чтобы поставить сигнализацию десятого поколения и нанять охрану, которая сейчас дрыхла в сторожке, уронив лицом в шаурму.
— Юрок, я на точке. — голос в наушнике хрипел, как старый радиоприёмник. — Чисто.
— Гвоздь, ты бы микрофон от соплей протёр, — Юрка поправил маску-балаклаву. — У тебя там не передача, а концерт симфонического оркестра по волнам.
— Сам ты… — Гвоздь закашлялся. — Короче, камеры я отрубил. Два «глазка» на первом этаже, один на лестнице. Остался только «будильник» в малой гостиной.
Юрка присел за живой изгородью. Особняк светился тёплым светом дежурной подсветки — по рублёвской моде ставят на фасады лампочки, как на новогоднюю ёлку. Второй этаж тёмный. Окна малой гостиной выходят на задний двор, где стоит пустой бассейн и три пластиковых кресла — хозяин, видимо, не успел поменять их на мрамор.
— И чего там? — Юрка достал планшет. Схема объекта была нарисована от руки, но с точностью до сантиметра. За наброски отвечал знакомый архитектор, который делал проект этого особняка три года назад. За пятьдесят тысяч и бутылку коньяка он скинул полный расклад.
— Датчик движения. Старая хрень, — Гвоздь фыркнул. — «Детектор-М5». Ещё с 2010-х.
— Так это ж легкотня! — Юрка полез в поясную сумку. — Такой я и палкой перешибу.
Он вытащил авторучку. Простая, синяя, с потёртым колпачком — купил в переходе за девяносто рублей. Но внутри — не паста. Внутри — инфракрасный излучатель, который Юрка сам собрал из деталей старого пульта от телевизора и лазерной указки. Работало на пяти метрах. Слепило датчик как новогодняя гирлянда.
— Давай, — шепнул Гвоздь. — У нас десять минут до обхода.
— Десять? — Юрка ухмыльнулся под маской. — Да я за десять минут успею и шкатулку вскрыть, и на хозяйской кровати подрыгать, и кофе ему сварить.
Он перемахнул через ограду. Бесшумно, как кот. Потому что резиновые подошвы на кроссовках, потому что каждое движение отточено до автоматизма, и потому что страх — это лучший учитель. Юрка боялся каждый раз. И каждый раз это помогало.
Окно малой гостиной открылось со вторым нажатием. Первое — пластик скрипнул. Юрка замер, прислушался. Тишина. Только где-то на первом этаже уныло гудит холодильник — судя по звуку, старый, ещё «Stinol», хозяин экономил даже на технике.
Он просочился внутрь. Гостиная — метров шестьдесят, паркет, на стенах картины, которые пахнут типографской краской. Дорогая подделка. Или дешёвая оригинал — хрен поймёшь. Посередине — дубовый стол на львиных лапах, а на столе — шкатулка.
