Пролог. Багажник «девятки»
Запах бензина смешивался с медным привкусом во рту. И кровью. Своей или чужой — уже не разобрать.
Сергей лежал на боку, поджав колени к груди, потому что по-другому в багажнике ВАЗ-2109 было невозможно. Скотч на запястьях впился в кожу так глубоко, что пальцы давно онемели. Глаза заклеены той же липкой дрянью — широкой серой лентой, которую тогда, в «девяностых», покупали рулонами на любом рынке.
Машина тряслась на ухабах. Подвеска «девятки» отработала свое еще лет пять назад, но киллеров это не волновало. Им было нужно доехать. Туда. В лес.
— ...ты главное, ствол ближе ставь. Прямо в затылок, как того. Шнырь учил. У него куртка кожанка, кость задержать может.
Сергей узнал голос. Костян «Кот» — бывший десантник, с которым они год назад брали нефтебазу. Тогда Кот улыбался и называл Седого «братаном». Сейчас говорил про выстрел в затылок спокойно, как про забивку гвоздя.
— Да знаю, не впервой, — ответил второй. Этот звучал моложе. — Может, сразу в башку, пока закрытый? Шума меньше.
— Глухой. Ты клейки на глаза не жалей. Понял? Кляп тоже. Он тихо должен уйти. Пахан сказал: «Чтобы даже мусора не воняли».
Сергей слушал. И медленно, сквозь туман шока и паники, до него приходило понимание.
Он уже всё это слышал.
Год назад.
Тогда тоже была «девятка». Тоже темно-вишневая, с отваливающимся глушителем. Те же самые голоса. Кот и молодой, которого звали Димон «Чупс». Та же дорога на Ново-Рязанское шоссе, за бетонные заводы, к оврагу, где весной текли талые воды, а осенью лежали листья, перемешанные с гильзами.
В прошлый раз он очнулся за две минуты до того, как багажник открыли. Успел только понять — всё. И съежиться, когда ствол уперся в затылок.
Вспышка. Темнота.
В этот раз Сергей «Седой» очнулся за двадцать минут.
— ...а бабки когда? — спросил Чупс.
— Сразу. Пахан на базе ждет. Скажешь «готово» — отдаст конверт. Доля твоя — три штуки баксов.
— Маловато.
— А ты хочешь, как Седой? В земле лежать? Делай, что говорят.
Сквозь дребезжание багажника Сергей попытался пошевелить кистями. Скотч держал мертво. Но он помнил: в прошлой жизни у него была возможность — доля секунды, когда крышка откроется. Кот всегда открывал багажник резко, левой рукой, а правую держал на «ПБ» — бесшумном пистолете, прижатом к бедру.
В тот раз Сергей дернулся слишком рано. И получил пулю первым же движением.
Сейчас он лежал тихо.
Машину повело вправо — свернули с асфальта на грунтовку. Пыль проникла в салон, и багажник наполнился запахом сырой земли и прелых листьев. Осень. Хотя по календарю еще август, но в этой части области всегда было холодно. Говорили, раньше здесь был лагерь военнопленных. Земля помнила смерть и не грела.
