Лето подходило к концу. Дни медленно, но уверенно сокращались, а по ночам чувствовалась прохлада приближающейся осени. Утрами на руины разрушенного города ложились густые туманы, скрывая под собой изломы покорёженного бетона. Первые лучи восходящего солнца лениво рассеивали эту влажную дымку, отражаясь в крошечных каплях росы на хаотично сплетённых паутинках. Птицы уже не наполняли воздух оглушительным пением, а собирались в стаи, разминая крылья перед длительным путешествием в тёплые края.
Дорога к рынку ничуть не изменилась – всё тот же разбитый асфальт, окончательно сдавшийся под натиском воды и ветров, те же наносы песка и откинутый на обочину бурелом. Андрей шёл по знакомой колее, по которой раньше они с отцом возили на рынок товар. Тогда каждый скрип колеса торговой тележки казался привычным ритмом жизни. Сейчас тележки не было. Плечо оттягивала старая кожаная сумка деда, внутри которой среди вещей лежала коробка шахмат – семейная реликвия, которую он взял с собой, навсегда покидая серые стены родной коммуны. Мосты были сожжены, и теперь каждый шаг уводил его в пугающую неизвестность, заставляя всё острее и острее ощущать абсолютное одиночество.
* * *
Андрей миновал поворот на Котельную, кожей чувствуя на себе чужие настороженные взгляды. Обитатели этой коммуны нередко промышляли разбоем, но делали это исключительно под покровом ночи, когда доказать их участие было практически невозможно. А днём этих проходимцев можно было не бояться.
Вопреки намерениям отыскать деда на западе, молодой инженер шёл на восток. Там находился местный рынок, и зайти на него придётся обязательно – только на рынке можно было встретить продавца книг, знавшего его предка.
Андрей прокручивал в голове слова того странного словоохотливого торговца литературой – он говорил, будто дед незадолго до исчезновения твёрдо вознамерился уйти далеко на запад, чтоб найти другие коммуны. Но эта зацепка вела в никуда: на несколько километров к западу от Окраины простирались лишь смертельно опасные болота, пробираться через которые было чистым самоубийством. Искать там остатки цивилизации не имело никакого смысла.
Парень понимал, что торговец либо что-то перепутал, либо сознательно утаил важные подробности, а значит, нужно было во что бы то ни стало найти этого дельца ещё раз и вытрясти из него всю правду. Правду о тех опасных землях, которые Андрей никогда в жизни не видел, где затерялся след человека, в честь которого его назвали при рождении.
* * *
Рынок встретил Андрея привычным гулом: выкрики зазывал, лязг перебираемого железа, аромат копчёного мяса и свежих грибов.
![Суль. Клятва [1]](/uploads/covers/fb/fbec071b0fc6c415fe9a838a869f64917c6d1fba.jpg)
