Глава 1. Тихий час в «Колибри»
Смерть никогда не была тихой. По крайней мере, та, которую знал Егор.
Она приходила с сиреной, с хлопком дверцы реанимобиля, с шелестом перчаток, которые сдираешь в восемь утра, чтобы в девятый раз за смену сказать родственникам: «Мы сделали всё, что могли». В этом «всём» всегда была такая жестокость надежды, которой Егор устал удивляться ещё на третьем курсе мединститута.
Сейчас за окном его кухни стояла совсем другая тишина. И эта тишина пугала сильнее, чем любые крики.
Конец октября выдался на удивление тёплым. Москва замерла в каком-то болезненном забытьи: листва ещё не опала, но уже не желтела — она как будто *сохла на корню*, превращаясь в серую труху, которую ветер разносил по асфальту мелкими хлопьями, похожими на пепел. Егор смотрел на эту круговерть из окна двадцать пятого этажа и механически водил большим пальцем по ободку пустой кружки. Кофе он выпил час назад. Вкуса не помнил. Как и вкуса еды за последние четыре дня, если честно.
— Света, ты где? — спросил он тихо, хотя знал, что ответа не будет. Не потому, что она умерла. А потому, что ушла сама. Забрала дочь и уехала к матери в Рязань, оставив на холодильнике стикер с одним-единственным словом: *«Отдохни»*.
Теперь он смотрел на этот стикер каждое утро. Жёлтый квадратик с чёрными буквами, которые успели выцвести от солнечного света, но смысл от этого не стал менее острым. «Отдохни» означало: «Ты меня больше не интересуешь». Или, если быть совсем честным: «Твоя депрессия убивает нас, Егор. И я не хочу тонуть вместе с тобой».
Правильно. Она всегда была умной.
Телефон завибрировал на столе. Егор даже не взглянул на экран — он знал, что там. Третье предупреждение от системы «Безопасный город», которую обновили месяц назад. Новая версия называлась «Атмосфера-2.0», и её алгоритмы умели распознавать *эмоциональные угрозы*. Да-да, именно так — «эмоциональные угрозы». Звучало как бред сивой кобылы, но Город департамент цифрового благополучия запустил пилотный проект в пятнадцати районах столицы. Камеры с нейросетью сканировали лица прохожих, вычисляя тех, кто находится в «зоне устойчивого негативного аффекта». Людям с затяжной печалью, хронической усталостью или суицидальными настроениями приходили уведомления. Сначала — с рекомендацией посетить психолога. Потом — с требованием. А потом, если человек игнорировал…
Егор не знал, что потом. На третьем предупреждении он выключал звук.
*«Ваш уровень тоски превышает допустимые городские нормы на 187%. Пожалуйста, пройдите по ссылке для записи на консультацию в Центр Эмоциональной Стабилизации. Игнорирование этого сообщения может повлечь административные меры»*.
