На вопросы родственников о том, как они с Игорем живут, Ирина, будучи девушкой сильной и воспитанной, отвечала уклончиво, ограничиваясь однообразно лаконичным: «Всё отлично». С одной стороны, она не хотела тревожить родных, посвящая их в неприглядные подробности; с другой — не считала нужным выносить на всеобщее обозрение то, что являлось сугубо личным, касающимся только её и супруга, ибо была уверена, что не всякий получает удовольствие от созерцания чужого чистого белья, развевающегося на балконных верёвках, не говоря уже о грязном, имеющем не только скверный вид, но и запах.
Помимо родственников, чета Стаховских, будучи осведомлённой о ситуации в молодой семье Соболевских, выражала беспокойство и регулярно вносила всевозможные предложения о помощи. Но наша героиня, не ощущая, что те произведут сколько-нибудь положительный эффект, с благодарностью отметала все пропозиции и с гордостью заявляла, что во всём разберётся сама, разумеется, не без помощи второй половинки.
И вот однажды, находясь наедине с собой, наша героиня решила, что появление в их с Игорем совместной жизни ребёнка поможет не только наладить семейные отношения, но и перевести их на совершенно новый уровень. Ей почему-то представлялось, что забота о малыше и его матери заставит мужа измениться к лучшему и поможет наладить разладившийся союз. Вначале Соболевский-старший к этой идее отнёсся без особого энтузиазма. Секса без обязательств и последствий в его жизни было предостаточно, а пелёнки и распашонки, молочные и иные ароматы по всей квартире, постоянные недосыпы и детские вопли как реакция на газики не были, что называется, пределом его мечтаний.
Из этого следовал один вывод: к новому уровню отношений в семье, большей ответственности, а также к отцовским обязанностям и хлопотам он не был готов. Состоявшийся ловелас, дороживший своей свободой, никак не представлял себе счастливую, наполненную иными удовольствиями жизнь в клетке домашнего очага со всей его бытовухой. Но под прессом настойчивых убеждений со стороны Андрея, который к тому моменту уже семь лет был счастливым отцом, Игорь пересмотрел свою позицию относительно рождения потомства. Его взволновало представление о том, как вырастет его рейтинг среди дам и, соответственно, интерес к его персоне. В своих фантазиях он витал на вершине мужских достижений, где его одолевали доселе неведомые ощущения: одно дело — быть просто партнёром в постели, и совсем другое — взрослым мужчиной, добившимся успеха в интимной жизни с видимым результатом на руках.
