Аркадий Петрович всё-таки завёл кота. Назвал его Бюрократом — потому что тот первым делом сел посреди коридора и стал смотреть на всех так, будто ждёт объяснительную.
В тот же вечер Аркадий Петрович провёл для Бюрократа полный входной контроль: проверил когти (не слишком ли острые для жилого помещения), хвост (не создаёт ли турбулентность при резких разворотах) и взгляд (подозрительно проницательный, но в пределах нормы). В конце процедуры кот зевнул — громко, с достоинством, и этим окончательно убедил Аркадия Петровича, что перед ним существо серьёзное.
Жена только покачала головой:
— Ты ему сейчас паспорт не выдай.
— Паспорт — это база, — невозмутимо ответил Аркадий Петрович. — Но сначала надо выяснить, где он учился. И есть ли у него допуск к вилкам.
Бюрократ, не дожидаясь итогов аттестации, прошёл на кухню и сел рядом с ящиком «Подозрительные предметы». Потом медленно протянул лапу, вытащил пульт и уронил его на пол. Звук был такой, будто рухнула целая система документооборота.
Аркадий Петрович замер.
— Это саботаж, — прошептал он. — Или стажировка. Надо уточнить что именно.
Тут зазвонил дверной звонок. На пороге стояла тёща с новым сервизом.
— Я подумала, вам не хватает разнообразия, — сказала она, протягивая коробку. — Тут целых шесть вилок!
Аркадий Петрович побледнел.
— Разнообразие — это когда ты знаешь, откуда взялась каждая вилка, — тихо произнёс он. — А это… это хаос.
Бюрократ подошёл, понюхал коробку, потом посмотрел на Аркадия Петровича и будто бы подмигнул: мол, я тут ни при чём, но, если надо, могу всё уронить — для симметрии.
Жена не выдержала и рассмеялась:
— Ладно, давайте жить как нормальные люди. Пусть вилки будут просто вилками.
— Нормальные люди не понимают тонкостей баланса энергии дома, — строго сказал Аркадий Петрович, но уже без прежней уверенности.
А ночью, когда все уснули, Бюрократ тихо открыл ящик «Подозрительные предметы», достал носок, положил его на подушку Аркадия Петровича и устроился рядом — будто так и надо. Как будто это был не хаос, а новый порядок. И, возможно, даже более логичный.
Аркадий Петрович не спал. Он сидел на кухне, перед ним лежала раскрытая тетрадь с заголовком «Дело 1: Пропавшая вилка», а рядом — Бюрократ, который смотрел на хозяина с видом опытного следователя, которому надоело объяснять очевидное.
— Ты понимаешь, что это не шутки? — шёпотом говорил Аркадий Петрович. — Вилка исчезла. Не потерялась, не завалилась за шкаф — исчезла. Это нарушение баланса.
Бюрократ зевнул, но тут же сделал лицо максимально серьёзным, будто вспомнил, что он на службе.
