Неугомонный антиквар-историк, каких в наше забавное время множество, вот уже который месяц трудился над копией сочинения Аристотеля, хитроумно переведенного средневековым испанским монахом на латинский язык. Рукописная книга – что может быть интереснее, чем перелистывать материализованные страницы с изящными живыми буквами! Начало тринадцатого века от Рождества Христова. Совсем недавно на европейской территории научились делать бумагу. Появились бумажные мельницы. Итальянские мастера, не приемлющие творческой пустоты, поддались живописному порыву и стали придумывать водяные знаки. Воссоздавать их было чрезвычайно сложным делом. Неизвестно, кому стоило большего труда поместить изящную филигрань в виде цветка лилии на шершавые страницы книги – средневековому мастеру с загадочным набором инструментов в виде формы для просеивания, чана с водой и кучи тряпок или антиквару, отдаленному во времени на несколько столетий и снабженному не менее странным ассортиментом: пластиковым ящиком под названием «Махер-5» (более известным как «махашка») для создания материи, микроскопом для спектрального анализа и прочими футуристическими премудростями.
Восстановление рукописного шрифта, изящной кривизны в заглавных буквах, неровностей и неидеальностей, без которых никогда не появится аромат истинной старины, подбор подходящих материалов долгими днями и ночами – таков был удел увлеченного профессионала в течение многих месяцев. Сегодня он вернулся домой, пошатываясь от переполняющих эмоций.
Состояние это случилось у него второй раз за последние полгода. Воспоминания о первом до сих пор казались кошмаром. Тогда он случайно капнул на готовые листы книги – их было около сорока – совершенно ненужным и непонятно откуда взявшимся на столе реагентом и прожег их все насквозь. Это была трагедия, достойная пера Софокла, труды которого, кстати, до сих пор никто не смог воссоздать. Тогда антикварных дел мастер едва удержался на ногах от осознания, что загублен труд нескольких месяцев целой лаборатории.
Теперь же его качало от счастья. Наконец-то книга появилась на свет. Не просто стопка бумаги с текстом, а именно те шероховатые, неравномерного цвета листки, которые можно было сделать только на средневековой мельнице. Современные принтеры со своей невыносимой точностью только портят все дело. Они не могут воссоздать грубоватую фактуру в ее исторической изящности. Получается состаренный новый переплет, который отличит любой собиратель антиквариата, даже не специалист, а любой, любой, кто имеет глаза. А тут еще эта филигрань. И как они добивались такого тонкого рисунка в тринадцатом веке? Впрочем, все позади. Теперь… ммм… он сможет перелистывать страницы, шуршать ими и даже читать древнейший текст. Изучив досконально все особенности чернил и почерка, антиквар совсем забыл о содержании книги. Наконец-то у него будет долгожданная возможность сесть в мягкое удобное кресло у камина и погрузиться в историю.
