– Взвод, смирно! – рявкнул Чанов, завидев подходящего с новобранцами поручика.
– Вольно! – оглядев замершие шеренги, приглушённо скомандовал Тимофей. – Отряд, стой! Нале-е-во. Подравнялись.
Дюжина вчерашних рекрутов, толкаясь, выровняли две линии. На них с интересом и улыбками на загорелых, обветренных лицах смотрели стоящие в строю старослужащие.
– Я сейчас зачитываю фамилии, кто из вас и в какое отделение определён! – произнёс Гончаров, доставая из обшлага лист бумаги. – Услышали свою – отозвались и выходи из строя на два шага вперёд. Потом следуете к своему отделению и встаёте за ним в третью шеренгу. Командирам: познакомить новоприбывших со своей артелью, проверить у них мундиры с обувью, оружие и амуницию. Коней, всё возимое на них имущество и сбрую будете забирать через час на ближнем выгоне, их пока там фаншмидт с помощниками оглядывает. Велено раньше указанного времени туда не подходить. Итак, в первое отделение к унтер-офицеру Чанову Ивану Ильичу определены: Алтынов. Драгун Алтынов! – рявкнул, оторвавшись от списка, Тимофей.
– Я! – запоздало откликнулся молодой кавалерист.
– Не спим в строю, слушаем свою фамилию! – недовольно проворчал поручик. – Два шага вперёд, Алтынов! А теперь на правый фланг – шагом марш!
Вышедший из строя новобранцев драгун протопал на своё место, а командир взвода продолжил выкрикивать новые фамилии:
– Драгун Калганов – тоже первое отделение. Веретёнкин, Порошин, Вяткин – сюда же. Во второе отделение к унтер-офицеру Смирнову Марку Осиповичу определены… – Он взглянул на стоявшего в самом центре высокого крепкого унтера. – Драгун Былицин…
– Я! – отозвался молодой худощавый паренёк и вышел из строя.
– …Ковшов, Юрьев, Пронин, Зырянов! – продолжал вызывать пополнение Гончаров. Отряд за спиной у поручика таял, напротив же него всё увеличивался. – В третье отделение унтер-офицера Блохина́ Леонида Ивановича определены: драгуны Горбунов и Сусекин.
Последние двое заняли своё место на левом фланге взвода, теперь перед Тимофеем был монолитный строй из трёх дюжин кавалеристов.
– Про наш доблестный Киевский драгунский полк всем новоприбывшим, как я полагаю, уже подробно всё растолковали, – повысил он голос, выглядывая в третьей шеренге молодых. – А в нём ещё и особый пятый эскадрон имеется, куда вам посчастливилось нынче попасть. И собран он, кстати, из представителей лучших драгунских полков южной Дунайской армии – Стародубовского и Переяславского, – громивших ранее турок и пришедших теперь сюда на запад, громить французов. Ну и, собственно, наш четвёртый взвод, в этом эскадроне – это взвод фланкёров, лучших рубак и стрелков, где почти половина драгунов вообще пришли из самого Закавказья, о чём вам ещё расскажут старшие товарищи. История нашего, а теперь уже и вашего подразделения славная, и вам предстоит вписать в неё ещё немало ярких боевых страниц. Фланкёры – народ особый, они всегда на острие удара или в самом горячем месте. Труса никогда не праздновали, товарища в опасности не оставляли, держались всегда дружно и отважно. Учитесь, братцы, всему у старослужащих, перенимайте все их навыки, знания и боевой опыт. А уже послужившим мой наказ – учить и наставлять молодых так же, как когда-то и вас самих наставляли и учили. Только делать это придётся, что называется, на ходу, потому что начальство много свободного времени нам не обещает. Сами знаете, французы идут на Москву, а значит, совсем скоро нам предстоит идти снова в бой, чтобы заслонить им дорогу. Унтер-офицер Чанов! – вызвал он правофлангового командира. – Я сейчас к командиру эскадрона. Господин капитан должен подойти к себе из полкового штаба и просил всех офицеров собраться у него. Проследите, чтобы к вечерней поверке у всех прибывших на околыше фуражной шапки была нашита эскадронная цифра, и пусть поменяют цвет кистей темляков. Если меня не будет через час, ведите их всех к фаншмидту для получения коней, вьючного имущества и сбруи.