Звонок будильника резал утро, как тупой нож. Шесть утра, понедельник. Артём ударил по кнопке, не открывая глаз. За окном лил сентябрьский дождь, одинаковый третий день подряд. Он уже знал, что будет дальше: школьная форма, висящая на стуле, запах яичницы с кухни, голос мамы «Не опоздай!», тихое бормотание сестры за стенкой. Обычный день. Сотый обычный день подряд.
Он спустился вниз, натягивая свитер. На кухне пахло кофе и тостами. Мама стояла у плиты, её плечи были напряжены, как всегда по утрам.
– Съешь горячее, – сказала она, не оборачиваясь. – И проверь у Лены портфель. Она опять учебник по математике забыла вчера.
Лена, его младшая сестра, сидела за столом и рисовала что-то на салфетке. Ей было двенадцать, и весь мир для неё был холстом.
– Не забыла, – пробормотала она. – Он в рюкзаке.
Артём кивнул, глотая яичницу. Он чувствовал вкус, но не ощущал его. Всё было как в тумане. Школа, уроки, дом, сон. Снова школа. Иногда ему казалось, что он живёт в цикле, который никогда не кончится.
– Бабушка звонила, – сказала мама, садясь напротив. – Просила заехать после школы. Ей нужно помочь с подвалом разобраться.
– Опять? – Артём поморщился. – Мы же в прошлом месяце всё перетрясли.
– Знаю. Но ей кажется, что там ещё что-то осталось. От деда.
От деда, которого Артём почти не помнил. Только запах табака и большие тёплые руки, поднимающие его к потолку. Дед умер пять лет назад, и бабушка с тех пор жила одна в старом доме на окраине. Дом пах стариной и воспоминаниями, от которых щемило в груди.
После школы Артём поехал к ней на автобусе. Дождь не прекращался. Бабушка встретила его на пороге, маленькая, сгорбленная, с лицом, изрезанным морщинами, как карта неизвестной страны.
– В подвале, – сказала она коротко. – Ящики у дальней стены. Посмотри, что там. Я не могу по лестнице.
– Что именно искать?
– Сама не знаю. Может, книги. Может, фотографии. Решай сам.
Подвал пах сыростью и землёй. Лампочка мигала, отбрасывая пляшущие тени на стены, заставленные коробками. Артём вздохнул и принялся за работу. Большинство коробок были заполнены старыми журналами, потрёпанными книгами, пустыми рамками для фото. Ничего особенного.
И тогда он увидел шкатулку.
Она стояла отдельно, в углу, на покрытом пылью деревянном сундуке. Небольшая, тёмного дерева, с металлическими уголками. На крышке была вырезана странная символика – переплетающиеся линии, напоминающие двери или порталы. А прямо по центру, выведенная неровными буквами, надпись: «Не открывай».
Артём замер. Рука сама потянулась к шкатулке. Он ожидал, что она будет заперта, но крышка поддалась легко, с тихим скрипом.
