Часть 1. Подвал, который помнит
Таверна «Кривой Пёс» никогда не была чистой. Даже после того, как Элла провела три часа, оттирая полы от въевшегося эля и запёкшейся крови (нечеловеческой, но от этого не менее липкой), здесь пахло не мылом, а старыми обидами. И ещё — плесенью. Той самой, что растёт только в местах, где люди десятилетиями проливали пиво и не заглядывали под половицы.
Рувим лежал у входа, свернувшись в тугой рулон бездействия, но не спал. Он не спал уже почти двое суток — с тех пор, как они захватили таверну, с тех пор, как отразили первый, разведывательный, налёт Смотрителей, с тех пор, как Клубок Ниток показал ему нить Торма, истекающую кровью. Его пыль текла медленно, вязко, но ровно. Прочность — 9%. Пыли — 45 единиц. Воды Забвения — 3 единицы.
Системное сообщение висело перед его внутренним взором, холодное и бесстрастное, как всегда:
«РУВИМ: ПРОЧНОСТЬ 9% (НИЗКАЯ). ПЫЛЬ: 45 ЕД. ВОДА ЗАБВЕНИЯ: 3 ЕД. СТАТУС: УСТАЛОСТЬ. АКТИВНОСТЬ В ТАКОМ СОСТОЯНИИ МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К НЕОБРАТИМЫМ ПОВРЕЖДЕНИЯМ».
Он не обращал внимания. Усталость стала его вторым именем, спутником, от которого не избавиться. Он привык к ней, как привыкают к хронической боли — не забывают, но перестают замечать.
Рядом с ним, опираясь на обгоревший косяк, стояла Элла. Её древко было покрыто сеткой новых трещин — вчерашних, от боя с разбойником, который попытался выбить дверь. Её тряпка, влажная после утренней чистки, была сложена вдвое. Она не отдыхала — она смотрела на него. Она всегда смотрела на него, когда он не видел.
«ТЫ НЕ СПИШЬ, — передала она вибрацией, и в этом сигнале не было вопроса — только утверждение. — Я ЧУВСТВУЮ. ТВОЯ ПЫЛЬ ПАХНЕТ НЕ ПЫЛЬЮ. ОНА ПАХНЕТ… ЖЕЛЕЗОМ. И БУМАГОЙ. И ЧЕМ-ТО СТАРЫМ. ОЧЕНЬ СТАРЫМ. ТЫ ДУМАЕШЬ О ТОМ, ЧТО ВНИЗУ».
— Думаю, — ответил Рувим мысленно, не тратя пыль на голос. — Гролл не был дураком. Он торговал не только элем. Он торговал информацией. Смотрители платили ему за данные о передвижении живой мебели. Гильдии платили за карты подземелий. А разработчики… — он замолчал. — Разработчики платили ему за тишину.
«ЗА КАКУЮ ТИШИНУ?»
— За молчание о багах. Ошибках в коде, которые позволяли игрокам воскресать. Гролл знал, где хранятся чертежи серверной. И он молчал. Потому что ему платили.
«ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ?»
— Веник слышал. Вчера, когда Гролл уходил, он шептал сам себе. Думал, что мы не слышим. Но Веник слышит всё.
