Глава 1: "Последний штрих"
Петербург встретил Александра промозглым ветром и бесконечным дождем. Осень здесь всегда была не временем года, а состоянием души — серым, влажным, безнадежным. Художник поднял воротник потрепанного пальто и ускорил шаг, стараясь не наступать на отражения фонарей в лужах. Они дрожали, как его последние надежды.
Его мастерская — крошечная комнатка под самой крышей старого дома — давно перестала быть местом вдохновения. Теперь это была просто клетка с холстами, которые никто не покупал. Наступил творческий кризис. Последняя выставка провалилась: критики брезгливо морщились, галеристы отворачивались, а единственный посетитель спросил, не продается ли рама.
Александр остановился перед мольбертом. Незаконченный портрет женщины с глазами цвета дождя смотрел на него с упреком.
— Ну что, — пробормотал он, — опять не получилось?
Кисть выскользнула из пальцев и упала на пол. Денег не было. Ни на краски, ни на хлеб, ни на коммунальные услуги. В шкафу лежало последнее, что еще можно было продать, — отличный этюдник из бука, подаренный ему когда-то, его девушкой, в те времена, когда он еще верил в себя.
— Ладно, — вздохнул Александр, упаковывая этюдник в пакет. — Прощайте несостоявшиеся пленэры. Может, кому-то, более талантливому пригодится.
Антикварная лавка "Черный квадрат" пряталась в узком переулке за Невским. Вывеска скрипела на ветру, словно предупреждая: "Не входи". Но Александр вошел.
Внутри пахло эмалью, пылью, старыми книгами и чем-то еще — странным, почти металлическим. За прилавком сидел человек в длинной, серой рубахе. Его лицо было гладким, будто вырезанным из воска, а глаза… Глаза казались слишком светлыми, почти прозрачными.
— Чем могу помочь? — спросил он голосом, в котором не было ни тепла, ни интереса.
Александр положил пакет на прилавок.
— Этюдник, ни разу не использованный. Хочу продать.
Человек взял этюдник. Покрутил. Проверил зажимы телескопических ножек.
— Три тысячи, — наконец сказал он.
— Что? — Александр замер. — Но это же…
— Мало? — Человек улыбнулся, и его губы растянулись, как у куклы. — Тогда предлагаю другой вариант.
Он вышел из-за прилавка и подошел к окну. За стеклом клубился туман.
— Видишь свою тень? — спросил он, указывая на нечеткий силуэт Александра на полу.
— Ну… вижу.
— Я куплю ее.
Александр рассмеялся.
— Вы что, шутите?
— Нисколько. — Человек наклонился ближе. — Тень — всего лишь иллюзия, но люди придают ей слишком много значения. А ты… ты ведь уже почти призрак, правда? Ни денег, ни славы, ни даже надежды. Что ты теряешь?
