Глава 31: «Дым над воротами»
Часть 1: Ворота Рикугами — дым, оцепление, страх жителей
Дым не пахнул пожаром. Он пахнул страхом
.
Харуто первым остановился у поворота тропы. За его спиной замерли Такэру, Рин, Миюки и Аяме. Группа молчала не от усталости после долгого пути, а от тяжёлого осознания: перед ними стояло не приветствие, а баррикада
.
Ворота Рикугами — те самые, что Харуто видел в снах с самого детства, вырезанные из цельного векового кедра — теперь были обмотаны чёрной тканью. Это не был траур; ткань выглядела грубой, оперативной, наспех накинутой для обозначения закрытой зоны
. Стражи в серых доспехах стояли плотным оцеплением, плечом к плечу. Их копья были направлены в землю, но пальцы сжимали древки так сильно, что казалось, они ждут удара в любую секунду
. Лица воинов были бледными, а глаза лихорадочно бегали по толпе жителей, собравшихся у входа.
В толпе Харуто видел знакомые, но искажённые ужасом лица: женщины, прижимающие к себе детей, старик с пустым ведром, молодой парень, чьи костяшки пальцев побелели от яростного сжатия кулаков
.
— Это не нападение духов, — тихо, почти хрипло произнёс Такэру. Его голос дрогнул от горького узнавания. — Это осада
.
Аяме прищурилась, изучая землю. Перед воротами виднелись многочисленные следы не когтей или копыт, а тяжёлых самурайских сапог, ведущих изнутри деревни наружу
. — Они боятся не того, что придёт из лесов, — прошептала она, и её пальцы коснулись тетивы Цукиханы. — Они боятся того, что уже внутри
.
Рин медленно закрыла глаза, её лицо стало мертвенно-бледным. — Слышу... шёпот, — выдохнула она. — Он не в моей голове, он в самих стенах. Кто-то плачет в подвале храма, кто-то кричит в доме старосты. А кто-то... смеётся
.
Миюки медленно опустилась на одно колено, прижав ладонь к обочине дороги. Трава под её пальцами не шелестела от ветра. Она была мёртвой
. — Земля не спит, — прошептала Миюки с тихим ужасом. — Она боится
.
Над воротами продолжал виться густой, удушливый дым, отрезая героев от дома, который они так стремились защитить. Мир, который они знали, превращался в фронт, где границы между своими и чужими окончательно стирались в пепел
.
Хокку: Дым не от огня, Страх в глазах — не от врага. Кто построил стену?
Часть 2: Харуто встречает мать в толпе; её сдержанное приветствие
Харуто заметил её не сразу среди сплошной стены испуганных лиц и сжатых кулаков
. Он искал глазами знакомые черты — старика-соседа или девочку, что когда-то дарила ему цветы сакуры, но все вокруг стали чужими
. Его взгляд зацепился за угол серого кимоно — цвета утра после пожара
