Дело, которого не должно было существовать
В нашем агентстве существовало негласное правило: если в дверь стучали после полуночи, ничего хорошего ждать не приходилось. Правило появилось не сразу. В первые месяцы после открытия собственного агентства я ещё была достаточно наивна, чтобы считать ночной визит клиента признаком того, что человек действительно оказался в отчаянном положении и больше не знает, к кому обратиться. Через год я поняла, что отчаянные люди действительно приходят ночью, но вместе с ними приходят убийцы, проклятые артефакты, семейные призраки и неприятности, которые вежливо ждут на пороге, пока ты сама не впустишь их внутрь. К третьему году работы я уже не удивлялась почти ничему. Почти.
— Кейтлин.
Я медленно открыла глаза. На потолке мерцал тусклый голубоватый свет охранных рун. За окном шёл дождь — редкий, осенний, с мелкими каплями, которые стучали по стеклу так равномерно, что почти усыпляли. Я посмотрела на часы. 02:37.
— Кейтлин, ты слышала?
Я закрыла глаза.
— Если это снова тот гном, я его не приму.
В коридоре повисла тишина. Через несколько секунд Санис сказал:
— Какой именно?
— Тот, который утверждает, что его ограбил собственный будущий внук.
— Он был прав.
Я приоткрыла один глаз.
— Не напоминай.
— Ты сама спросила.
— Я спросила, кто там.
— Я не знаю.
Теперь я окончательно проснулась. Села на кровати и прислушалась. Внизу действительно кто-то стоял. Не просто стоял — ждал. Я накинула поверх ночной рубашки длинный тёмный халат, сунула ноги в тапочки и вышла в коридор. Санис уже стоял у лестницы. Он выглядел так, словно его вытащили из сна силой: чёрные волосы растрепались, рубашка была застёгнута лишь наполовину, а босые ноги совершенно не сочетались с привычной собранностью человека, который привык работать в Службе внутренней безопасности. Я остановилась на верхней ступени.
— Ты босиком.
Он посмотрел на свои ноги.
— Наблюдательная.
— Ты выглядишь неубедительно.
— Я не собирался никого убеждать.
— Тогда зачем спустился?
— Потому что ты бы всё равно пошла сама.
Я усмехнулась.
— Значит, ты всё-таки меня знаешь.
— К сожалению.
Я уже собиралась ответить, когда снова раздался стук. Три коротких удара. Пауза. Ещё один. Санис нахмурился.
— Это не обычный стук.
— А какой?
— Код.
Я посмотрела на него.
— Чей?
— Не знаю.
Это мне не понравилось. Совсем. Мы спустились. Агентство ночью всегда казалось немного другим. Днём это было моё рабочее пространство: шкафы с делами, книги по магическому праву, карты города, доска с текущими расследованиями, несколько артефактов, которые я обещала себе разобрать ещё полгода назад. Ночью всё выглядело иначе. Тени становились длиннее. Магические лампы светили тише. Даже старые часы в приёмной, обычно раздражавшие меня своим громким ходом, сейчас словно старались не издавать лишнего звука. Я подошла к двери. Положила ладонь на замок. Огонь привычно отозвался где-то под кожей — тёплой, почти ленивой волной. Я всегда чувствовала свою магию именно так. Не как отдельную силу. Как часть себя.
