Тишина.
Непривычная, почти оглушающая после рева сирен и грохота рушащейся «Тихой Гавани».
Я открыл глаза и несколько секунд непонимающе смотрел на низкий металлический потолок над головой.
Где я?
Ах да. Каюта. Не наша, не на «Страннике». Чужая. Стены из гладкого, холодного металла, без привычных слоев ржавчины и грязи. Воздух… он был другим. Чище. Пах озоном, раскаленным металлом и чем-то еще, незнакомым, техническим.
Верфь. «Горло Машины». Мы добрались.
Я сел на жесткой койке.
Тело ломило от усталости и застарелых синяков, оставленных людьми Векса. Правая рука, которую я сжег в экстремальном режиме, держала уже почти нормально — только пальцы к вечеру начинали неметь. Голова была ясной. И от этой ясности становилось только хуже. Воспоминания накатывали волнами: Марк, Грета, Стерн, Арто. Пустота, оставшаяся после них, зияла черной дырой где-то внутри.
Рядом, на соседней койке, спала Сарра.
Свернулась калачиком, подтянув колени к груди, как делала всегда, когда ей было страшно или холодно. Даже во сне ее лицо было напряженным, а ресницы подрагивали. Она пережила слишком много. Мы оба пережили.
Я встал и подошел к небольшому иллюминатору, вмонтированному в стену каюты.
За толстым стеклом виднелась часть огромного, гулкого пространства. Наша каюта была оборудована в нише, выдолбленной прямо в скале, как и десятки других, уходящих вверх и вниз по стене гигантской подводной пещеры. Внизу, теряясь в тусклом свете рабочих прожекторов и синих огнях сварки, виднелись доки. Огромные стапели, краны, ряды пришвартованных кораблей — от мелких разведчиков до неуклюжих торговых барж. И везде кипела работа. Механики в одинаковых серых комбинезонах двигались между механизмами с деловитой сосредоточенностью, ремонтные дроны скользили по корпусам кораблей, оставляя за собой шлейфы искр.
«Горло Машины».
Одна из легендарных Тихих Верфей.
Место, куда стремились попасть все, чьи корабли нуждались в серьезном ремонте. Место, где правили не бароны, а мастера. Место, где царил нейтралитет, подкрепленный репутацией и, как говорили, очень эффективной, хоть и невидимой, системой безопасности. Попасть сюда было непросто — Верфи тщательно охраняли свои координаты. Нам повезло, что у Арто были старые связи и нужные коды доступа.
Коды он оставил в памяти навигационного пульта, вместе со списком стоянок, где не спрашивают имени. Двадцать лет человек готовил себе дорогу, по которой в итоге ушли мы.
Атмосфера здесь разительно отличалась от всего, что я видел раньше. Никакой суеты трущоб, никакой гнетущей тирании баронатов, никаких фанатиков. Только работа. Спокойная, методичная, уверенная. Гул работающих механизмов, шипение сварки, лязг металла — все это сливалось в единый, почти убаюкивающий ритм.
