Глава 1: Изолента и кофейный выпрямитель
Перед моими глазами предстало нечто, что в приличных звездных системах называют «экологической катастрофой», а на этой забытой императором свалке гордо именовали «космическим челноком». Старый «Жаворонок-4», если судить по остаткам серийного номера на левом борту, который теперь больше напоминал дуршлаг, прошедший через мясорубку. Корпус из когда-то блестящего дюрапласта покрылся слоями ржавчины, копоти и какой-то подозрительной зеленой плесени, которая, кажется, уже начала вырабатывать собственный примитивный интеллект. Я осторожно провел рукой по обшивке, чувствуя пальцами каждую щербину от микрометеоритов и глубокие трещины, ветвящиеся, как вены у заядлого курильщика специи.
— Ну что, красавица, готова к последнему танцу? — пробормотал я, стараясь не слишком сильно давить на металл, чтобы он не рассыпался в прах прямо здесь.
Корабль ответил мне лишь тихим скрежетом остывающего металла. Я обошел его кругом, отмечая, что одна из посадочных опор заклинила в полусложенном состоянии и подперта каким-то ящиком из-под дешевого синтетического пива. Честно говоря, шансы на то, что такое корыто не схлопнется при первом же скачке давления, казались примерно такими же, как у штурмовика попасть в цель с десяти метров. Но выбора не приходилось, либо я лечу на этом антиквариате, либо продолжаю ковыряться в мусоре до скончания веков, мечтая о капитанском мостике исследовательского крейсера. Тем более что барыга Силас с «Вавилона-4» дал мне ровно пять дней. Либо я приношу ему триста пятьдесят тысяч кредитов, либо списанный корвет «Странник», на который я пускал слюни последний месяц, уходит на переплавку.
Я глубоко вздохнул, стараясь не вдыхать слишком много технической пыли.
Путь к звездам всегда тернист, особенно если твой транспорт выглядит так, будто его выплюнула черная дыра.
Я вскарабкался по шаткому трапу, который жалобно стонал под моим весом. Внутри кабины пылью, застоявшимся потом предыдущих неудачников и несбывшимися мечтами. Интерьер напоминал декорации к бюджетному хоррору, вместо аккуратных сенсорных панелей из консоли торчали пучки разноцветных проводов, похожие на кишки механического чудовища. Главный экран навигации оказался разбит, и по нему пробегали хаотичные полосы помех, складывающиеся в какой-то извращенный тест Роршаха. Большинство тумблеров отсутствовало, а на их месте зияли черные дыры, заткнутые жеваной бумагой или просто заклеенные кусками пластыря.
— О, святые шестерни прогресса, Роджер, ты серьезно? — раздался в моем ухе знакомый ехидный голос.
