* * *
— ЗАХАР —
— Захар! – заорал Аркадий, увидев меня. – Объяснись! Что за балаган?! Где Элеонора?! Кто эта девушка?! Ты обещал мне жениться, а не устраивать цирк!
— Ваше Величество, я… – начал я, но меня перебили.
— Немедленно верните мне мою дочь! – взревел Этельберт, багровея лицом. – Если вы посмели причинить ей вред, я объявлю войну! Я сожгу ваш дворец и всё королевство! Я заколдую всех ваших коней, чтобы они ходили задом наперёд! Я…
Он не договорил, потому что в этот самый момент с высоты раздался пронзительный, громкий и крайне нахальный «Р-Р-Р-Р-Я-Я-Я-Я!».
И в зал, пробив витражное окно, стекло посыпалось на гостей с оглушительным звоном, ворвался мой дракон Гоги.
Он сделал круг по залу, перевернув пару канделябров, и, что самое забавное, на его спине, вцепившись когтями в чешую, сидел огромный, пушистый, с наглыми янтарными глазами рыжий кот с таким и видом, будто он здесь главный.
— А ну, брысь! – крикнула ему Лада, но было поздно.
Кот, завидел люстру, решил, что она идеально ему подходит, чтобы повисеть на ней.
Он спрыгнул с Гоги, зацепился когтями за хрустальные подвески и… Бах!
Люстра не выдержала веса наглого животного и сорвалась с крепления. Она с грохотом рухнула прямо в толпу придворных, разбившись на тысячу осколков, а кот, чудом уцелев, повис на тонком шнуре, раскачиваясь над головами шокированных аристократов, как безумный маятник.
— О, нет! Лучик! – в ужасе воскликнула Лада и расстроенно взмахнула руками.
Тем временем Гоги, удовлетворённо и даже радостно рыкнув, направился к главному объекту своего внимания, – к трёхъярусному свадебному торту.
Он приземлился ровно посередине стола. Тарелки с закусками и бокалы с напитками полетели в разные стороны, а Гоги, недолго думая, запустил свою пасть прямо в центральный ярус, откусив жирный кусок и зажмурился от удовольствия зажмурился.
Очевидно, что торт был вкусным.
— Гоги, твою мать! – рявкнул я.
Но это было ещё не всё.
Рыжий кот по имени Лучик, раскачавшись на шнуре, наконец соскочил вниз, приземлился на руки Лады и с довольным мурлыканьем вцепился зубами в её фату.
Белая ткань тут же поползла с головы Лады, обнажая растрёпанные волосы.
— Ах ты, злодей мелкий! – зашипела на него Лада и попыталась отобрать фату, но кот только сильнее зарычал, дёргая ткань в свою сторону.
А потом он и вовсе вырвался из её рук и словно бешеный начал носиться по залу.
А мой Гоги, с набитой пастью, повернулся к нам и одобрительно закивал, будто говоря: «Ну ты и устроила, девка. Молодец! Одобряю!»
В зале воцарился полный бардак.
