Я кивнула, дрожа от холода. Мужчина поставил передо мной чашку. Кофе был густым, почти чёрным, с завитушкой сливок. На поверхности плавала крошечная звёздочка из сахарной пудры.
– Сделайте глоток, – сказал он. – И скажите, куда хотите вернуться.
Я рассмеялась, но в глазах мужчины не было шутки. Поднесла чашку к губам. Вкус – как в детстве: сладкий, с нотками корицы и чего-то неуловимого, будто запах летнего вечера.
Мир поплыл.
…Я снова на пляже. Солнце пробивается сквозь зонтик, песок тёплый, почти горячий. Сестра строит замок из ракушек, её волосы развеваются на ветру.
– Марина! – кричит она. – Смотри, какой я нашла камень!
Я протягиваю руку, касаюсь её ладони. Она тёплая, настоящая. Слышу шум прибоя, чувствую соль на губах.
– Это… это было по-настоящему? – шепчу я, возвращаясь в кафе. Чашка пуста. По лицу текут слёзы.
Хозяин молча ставит передо мной салфетку. На ней – маленький засушенный цветок, точно такой же, как тот, что сестра вплетала в волосы в тот день.
– Мальва, – говорю я. – Она любила эти цветы.
– Они пахнут как детство, – добавляет он.
Глава 2. Правила заведения
На следующий день я вернулась. Кафе выглядело иначе: теперь я заметила, что часы на стене идут назад, а тени от ламп танцуют в ритме, не совпадающем с движением людей.
– Вы не сказали, как вас зовут, – начинаю я, усаживаясь за тот же столик.
– Зовите меня Бармен, – отвечает он, протирая чашку без единого пятнышка. – Хотя я не подаю алкоголь.
– А почему «вчера»? – указываю на вывеску.
– Потому что здесь нет «завтра». Только то, что уже было.
Он достаёт из-под стойки кожаную папку. Внутри – карточки с рукописным текстом:
