Марья вертела в руках яблоко, задумчиво глядя на темный лес, стеной возвышавшийся впереди. Тот смотрел на нее в ответ. Смотрел сотней пар злых глаз. Рычал десятками голосов. Хотел добраться до девушки, но не мог.
Пока нет.
«С каждым днем нечисть подступает все ближе, совсем не боится хозяина здешних земель… Впрочем, хозяин не то чтобы торопится вытравить всю эту грязь из своих угодий. Давно дракона не видать. Поиздох, может? – девушка поспешно отмела беспокойные мысли прочь: без крылатого зверя деревня была обречена на скорый конец. – Но и с его редкой охотой на этих страшилищ мы обречены тоже. Не больно-то он их и гоняет! Что с ним, что без него – дорога одна, прямиком в чье-то брюхо».
Лес, словно заслышав ее мысли, зашелестел насмешливо кронами, отозвался звериным не то воем, не то плачем, заставив ее зябко поежиться. Приходить сюда, испытывая себя на прочность, с каждым разом становилось все сложнее. Марья устала оставаться в деревне, но у нее не было возможности выбраться из нее самостоятельно, а друзья предложение о побеге отвергли, даже не выслушав. «Чем смерть в клыках чудовища хуже прозябания в этом богами забытом месте? Пахотных земель становится все меньше, а чудищ лишь прибавляется. Однажды им придется что-то предпринять, но может быть уже слишком поздно!»
Шум повторился, но в этот раз шорох раздался совсем близко. Присмотревшись повнимательнее, девушка застыла в ужасе: укрывшись в тени деревьев, на нее неотрывно глядело чудовище. Оно стояло неподвижно, не в силах преступить защищенную границу, но само его присутствие пугало ее до дрожи.
– Вот увидите, черти проклятые, найдем на вас управу и без дракона! До единого изничтожим! Никого больше не погубите! – но страх перед белеющими в пасти клыками и горящими, как угли, глазами уже гнал ее назад к людям. На бесстрашные возгласы девушки монстр отозвался громогласным звериным рыком. Стыдливо пригнувшись, Марья шустрее понеслась прочь. Лес черной громадой насмешливо глядел ей в спину. Ему нравились и ее бравада, и ее ужас.
Возвращаться домой не хотелось, и девушка направилась было прогуляться по деревне, но ноги сами привели ее к колодцу. «Воды попить да успокоиться бы. Негоже видом испуганным людей тревожить». У колодца, воюя с коромыслом, сидел Данила, ее лучший друг и по совместительству жених. «Если только не одумается да не найдет себе кого поприличнее». Перспектива выйти за Данилу пугала девушку. Слишком уж хорошими друзьями они были. «Настолько, что я просто не воспринимаю его иначе. Да и как воспринимать его как мужчину, если мы с детства друг другу сопли подтираем?»
