В тот вечер Ива опоздал на собственную жизнь на семь минут.
Он ещё не знал, что опоздал именно на жизнь. Пока это была всего лишь встреча с человеком, который обещал предложить работу и уже дважды переносил время. Ива не любил тех, кто опаздывает, но к сорока минутам ожидания научился относиться спокойно. Иногда чужое опоздание дарило больше свободы, чем собственная пунктуальность.
Кафе находилось в старом доме на Пятницкой. Когда-то здесь торговали тканями, потом размещалась нотариальная контора, затем магазин церковной литературы. Теперь между кирпичными сводами стояли маленькие круглые столы, кофемашина шипела, словно сердитый кот, а на стенах висели фотографии Москвы, которую никто из посетителей не застал.
За окном шёл первый снег. Он таял, не успевая долететь до земли, и превращал улицу в длинное чёрное зеркало.
Ива сидел спиной к стене, откуда видел вход, кассу и обе двери в служебный коридор. Он выбирал такие места автоматически и давно перестал объяснять себе почему. Возможно, привычка осталась от работы. Возможно, от отца, который никогда не садился спиной к двери. Возможно, причины не было вовсе.
На столе лежала книга в сером полотняном переплёте. Ива купил её пятнадцать минут назад у старика, державшего букинистический шкаф в соседнем зале. Ветхий Завет, дореволюционное издание, без первых тридцати страниц и без конца. На внутренней стороне обложки кто-то вывел чернилами:
«Если не помнишь — читай медленно».
Он купил книгу из-за этой фразы.
За соседним столом молодая женщина спорила по телефону с матерью. У стойки мужчина в дорогом пальто трижды проверил часы и начал раздражённо барабанить пальцами по крышке стакана. Бариста поставила чашку слишком близко к краю. Через несколько секунд мужчина заденет её локтем, кофе прольётся на рукав, он потребует администратора, а девушка сначала станет оправдываться и только потом разозлится.
Ива видел эту последовательность так отчётливо, словно всё уже произошло.
Он протянул руку и переставил чашку на середину стойки, когда мужчина отвернулся.
Событие не состоялось.
Так происходило постоянно. Люди называли это интуицией, проницательностью, иногда — везением. Ива не видел в этом ничего таинственного. Если достаточно долго наблюдать за людьми, большинство ближайших событий становятся очевидными. Не будущее — всего лишь несколько вероятных продолжений настоящего.
Телефон коротко завибрировал.
«Извините. Не успеваю. Давайте перенесём».