Алия вышла из комнаты, всё ещё ощущая на языке привкус ночных трав и в ушах – тихое уханье совы. Мысли путались, переплетаясь, как корни того дуба: зелёная тень волос, красная тень книги, три немых свидетеля в глиняной чаше…
И замерла на пороге кухни.
За столом, в самом её кресле, сидела Хозяйка Медной Горы. Непоколебимая, строгая, вырезанная из самого воздуха порядка. Перед ней стоял тонкий хрустальный бокал, в который Ольга, дрожащей от благоговения рукой, подливала напиток цвета молодой листвы и малахита – густой, искристый, пахнущий тайной.
Ивс стоял по стойке «смирно» у печи, его монокль был безупречно чист.
Женщина подняла на Алию свой взгляд-сканер. Казалось, она видела не уставшее лицо с белыми волосами, а свежеисписанный свиток отчётов.
– Вы прошли начальное обучение, – заявила она, и это был не вопрос, а констатация. Её голос, как всегда, отдавался гулко в костях. – Имеется карта владений. Статус – «Страж под испытательным сроком, прошедший базовое ознакомление». Это удовлетворительно.
Она положила на стол перед собой небольшой предмет. Это был каменный цветок. Не уральская сказка, а суровая реальность: малахитовый подснежник с лепестками из тёмного, почти чёрного яшмового агата. Он был неестественно прекрасен и холоден.
– Явитесь на представленные встречи для зачисленных, – продолжила она. И сделала паузу, впервые за весь разговор, казалось, подбирая слова, доступные пониманию смертного. – В… первый день цветения яблони в вашем саду. Вам выдадут форму и учебники. Под поруку. – Она снова посмотрела прямо на Алию. – Я буду вашим даверенным лицом в Академии. Форма уже в шкафу. На три сезона. На этом я откланиваюсь.
Она отпила глоток изумрудного напитка, поставила бокал с тихим звоном и встала. Не попрощалась. Просто развернулась и направилась к старому треснувшему зеркалу в прихожей – тому самому, в котором Алия видела своё новое отражение с белыми волосами.
Хозяйка Медной Горы не открыла его. Она шагнула в отражение. Камень её платья, её волос, её бесстрастного лица на мгновение слился с поверхностью стекла, будто она была всего лишь ещё одной трещиной, ещё одним сюжетом в его глубине. И растворилась.
В кухне воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в печи. Пахло пирогом, малахитовым ликёром и… озоном после бури. От каменного цветка на столе тянуло холодом глубинных пород.
– Ну вот, – первым нарушил молчание Ивс, обретая дар речи. Он сбавил градус официальности, но в его голосе оставалось напряжение. – Прямо скажем, высокая честь. Или высокая заинтересованность. Хозяйка Медной Горы в качестве даверенного лица… Это всё равно что получить в кураторы саму скалу, на которой стоит мир. Надёжно. Неподвижно. И… несколько давяще.
