Глава 1
Холодный, стерильный свет лаборатории смешивался с живым, пульсирующим сиянием, исходящим от ладони Элизы. Она держала кристалл ксенолита так бережно, словно это был не просто минерал, а живое сердце, бьющееся в такт неизвестному ритму. Синеватые блики плясали на её лице, делая его одновременно прекрасным и чужим.
— Такой маленький, — прошептала она, скорее самой себе, чем стоящему рядом Рейнольдсу. — В нём чувствуется... эхо. Словно он помнит всё, к чему прикасался.
Рейнольдс хмыкнул, поглаживая пальцем спусковой крючок висящего на поясе автомата. Старая военная привычка — искать опору в оружии, когда разум отказывается верить в происходящее. Его взгляд скользил по базе, вырубленной в скале, по теням мутировавших солдат, чьи тела теперь были шедеврами генетического искусства Элизы. Они копошились в темноте, их глаза светились тусклым светом, но в них не было угрозы — только преданность.
— Допустим, — его голос прозвучал сухо, как шелест песка по металлу. — Но «эхо» — это не научный термин, Элиза. Мне нужен план. Итак, что ты собираешься делать с этими побрякушками? — он кивнул на кристалл.
Элиза удивлённо вскинула бровь, отрываясь от созерцания.
— Побрякушки? Рейнольдс, я учёный. А это, — она подняла кристалл выше, заставляя его вспыхнуть ярче, — ключ ко всему. Изучать, анализировать, понимать. Разве не для этого мы здесь?
— Мы здесь, потому что наш корабль потерпел крушение на планете, где правит боль и мутация, — поправил он, делая шаг к ней. Его голос смягчился, но тревога в глазах осталась. — Уже два монстра, которых мы чудом завалили, ценили эти «ключи» выше жизни собственных рабов. Один из них грыз их, как наркоман — таблетки. А второй, тот Пси, что чуть не разорвал нас... он буквально светился изнутри. Значит, мы чего-то не знаем. И это «что-то» может быть смертельно опасным.
— Поэтому я это и выясню, — твёрдо сказала Элиза. Она шагнула к нему вплотную, и холод лаборатории словно отступил перед жаром её уверенности. Она привстала на цыпочки и поцеловала его в губы. Поцелуй был коротким, но собственническим.
— Послушай, — сказала она, отстранившись, но не отпуская его взгляда. — Теперь нам бояться некого. У нас армия. Самые сильные солдаты на этой планете. С моим мутагеном мы — боги здесь.
Рейнольдс обнял её в ответ, прижимая к себе. Ему отчаянно хотелось верить. В её словах была сталь, которой ему так не хватало последние недели. Он снова посмотрел на «солдат». Да, они были сильны. Но они были и тенью того, кем являлись раньше.
— Проблема в том, что мы заперты в этой тюрьме, — тихо продолжила Элиза, уткнувшись носом ему в грудь. — Но это... это решаемо. Я чувствую это.
