Глава 1
Сюжет можно изменить
Есть такое место – Управление по коррекции сказочных сюжетов. Здание большое, кабинетов много, сотрудников ещё больше. В одном кабинете сидят те, кто следит, чтобы в детективах преступление находили ровно на сотой странице. В другом – те, кто проверяет, чтобы в любовных романах поцелуй случился не раньше середины книги. В третьем – те, кто отвечает за фэнтези: чтобы драконы просыпались вовремя, а принцесс похищали строго по графику.
А в кабинете номер триста сорок семь сижу я. Елена. Сотрудник со стажем. На двери у меня табличка: «Отдел любовных линий и бытового волшебства. Если не открываю – значит, я в командировке. Если долго не открываю – значит, командировка затянулась. Если совсем не открываю – значит, я уволилась, но это вряд ли».
Работа у меня простая: ездить по разным мирам и разбираться, почему сказки идут не по сценарию. То злодей в депрессию впал, то герой жениться отказался, то принцесса сбежала не с тем принцем. В общем, скучно не бывает.
В этот раз жалоба пришла из мира под названием «Царство Злого Властелина». Открываю папку, читаю и начинаю понимать, что дело дрянь.
По сценарию там должно быть так: есть Тёмный Властелин Борис – он злой, строит козни и мечтает захватить мир. Есть пастушка Марья – она добрая, красивая и ждёт, когда её спасут. Есть княжич – он храбрый, но не очень умный, потому что в сказках умные княжичи почему-то не водятся.
А по факту: Борис три месяца не вылезает из дома, ничего не захватывает и вообще, говорят, впал в тоску. Марья две недели сидит в своей деревне, вяжет носки и пишет жалобы. А княжич, которому надоело ждать подвига, укатил на курорт с какой-то боярышней и пропал из виду.
– Ну и бардак, – вздыхаю я.
Можно, конечно, отписать стандартный ответ: «Ваша жалоба принята, ждите ответа в течение тридцати дней». Но я представляю лицо той самой пастушки, которая две недели вяжет носки вместо того, чтобы сидеть в темнице, и понимаю – надо ехать.
Портал открывается прямо в коридоре. Синяя вспышка – и я уже стою посреди замка Тёмного Властелина.
Замок как замок: мрачный, каменный, с факелами и летучими мышами. Только мыши какие-то облезлые, факелы горят вполсилы, а на полу вместо каменных плит – ковёр с истоптанными дорожками. И следы валенок.
Из-за угла высовывается голова. Зелёная, глаза навыкате, шлем набекрень. Охранник.
– Вы к кому? – спрашивает он сонно. – Если к Властелину, то он не принимает. У него творческий упадок.
– Я из Управления коррекции сказочных сюжетов, – показываю удостоверение. – По поводу упадка. Веди.
