Глава первая. Улов для большой фотографии.
Восьмое октября две тысячи двадцать шестого года, раннее утро. Море у побережья Ливадии.
Катя придержала лодку за нос, пока я закреплял уключину. Дочь забралась внутрь и подала весло. До глубины, где можно опустить мотор, пришлось грести.
Лодку купил в конце лета. После первой поездки пришлось ремонтировать мотор, запчасти обошлись дороже, чем рассчитывал. Теперь лодка шла хорошо, и хотелось наконец вернуться с приличным уловом.
Катя затянула ремень спасательного жилета и проверила телефон. Связь была, и дочь отправила сообщение Юрию Седову. Он сегодня возился с катером неподалёку от места нашего спуска и просил дать знать, когда вернёмся. Я обещал дочери управиться до обеда: у неё оставались школьные задания, у меня ждал заказчик.
Едва отошли от берега, телефон в кармане коротко завибрировал. На экране было банковское напоминание о платеже. Убрал его, прежде чем Катя успела повернуться, и прибавил газ. Дочь придержала сумку, которая съезжала со скамьи.
Утром она прислала мне страницу университета во Владивостоке. Собиралась учиться морской биологии и теперь хотела обсудить, куда надо ехать на день открытых дверей. Я попросил оставить разговор до обратного пути. Впереди как раз показались птицы над водой. Катя закрыла страницу и спросила только, помню ли я дату. Пришлось признаться, что ещё не посмотрел.
Мы сбавили ход, и я отпустил приманку за корму. Катя убрала сумку под скамью и освободила проход. Она с детства ездила со мной, но я всё равно напомнил ей не наступать на леску. Она показала на пустой пол у своих ног и отвернулась к воде.
Степан ещё с июня присылал фотографии тунцов. Уверял, что на такую рыбу найдётся покупатель и одного улова хватит на мой ближайший платёж. Попросил Катю снять улов, если повезёт. Представлял себя возле огромной рыбы: с такой фотографией покупка лодки выглядела бы разумнее.
Катушка затрещала, когда я потянулся поправить воротник. Удилище согнулось, леска пошла в сторону. Сразу взял его обеими руками и попросил Катю убрать вторую снасть. Она вынула её из держателя, положила под скамью и села ближе к середине. Лодку разворачивало кормой к натянутой леске.
Подал газ и повернул вслед за рыбой. Катя следила, чтобы леска не подошла к винту, показывала рукой, куда она уходит. Выровняв лодку, убавил ход. Рыба тянула рывками; руки уже заболели, а над водой ничего не показалось.
Я поднимал удилище и выбирал слабину, опуская его. Несколько оборотов возвращали леску, потом рыба забирала её обратно. На вопрос Кати ответил, что скоро подведём, хотя сам ещё не понимал, с чем связался. Она посмотрела на часы.
